Илья замолчал.
– Ну, и что делать надо в таких случаях? – не выдержала и спросила я.
– Обязательно удержаться в какой-нибудь из предлагаемых реальностей. Начать самой там делать что-то. Двигаться, если стоишь. Останавливаться, если бежишь. Хватать руками что-то из этой реальности. Если удержишься, растворение может прекратиться, и тогда тебя вышвырнет в то место, где ты попала в ловушку. Со мной, по крайней мере, было всё именно так. Понимаешь, чужая реальность, она не любит не своего, оно выбросит «чужеродное» туда, откуда оно пришло, как только раскусит подвох.
Внезапно меня осенило.
– Илья! – выкрикнула я. – Это происходило и с другими? Или это только твой личный опыт? Насколько ты сам знаком с этим миром и механикой всего того, что происходит?
Лицо Ильи налилось бордовой краской. Было видно, что он начинает терять терпение.
– Послушай меня, моя хорошая! Ты не о том вообще думаешь! Тебе надо научиться жить в этом мире для того, что бы вернуться домой. Этот мир не такой, как все. Он сам по себе тебя не вышвырнет туда, откуда ты сюда пришла. Но растворит тебя с лёгкостью.
Его ответ не удовлетворил мой пытливый ум. В моей голове возникло множество новых вопросов. Скрипнула дверца навесного шкафчика, и резко с грохотом открылась форточка. Поток свежего воздуха ворвался в кухню. Я обернулась. И всё затихло.
Я вновь взглянула на Лесина. Он осуждающе покрутил головой, и стал каким-то не резким.
– Я приду за тобой завтра утром, – произнёс Илья, встал со стула и двинулся к выходу из квартиры.
– Почему я тебя так плохо вижу? – крикнула я ему в спину. – Я, что, теряю зрение?
– Потому, что тебя вновь зацепило. Но это пройдёт.
Я осталась одна. Ощущения мои были странными. Словно я не умела плавать, а меня взяли и бросили в воду сразу после того, как объяснили, что надо делать, чтоб не утонуть. Я успела сделать ровно три шага. Дверь в квартиру резко открылась, и мне навстречу выскочил Лесин. Интересно, зачем он вернулся. Неужели, передумал оставлять меня здесь одну.
Я встретилась с ним взглядом. Мне очень не понравилась его улыбка. В следующие доли секунды я поняла, что это вообще не он. Что это какой-то высокий лысый с голым торсом пацан. Я не смогла отвести взгляда. Он оказался настолько сильным, что я поняла – это конец. Меня растворили, если говорить языком этого мира. Мой взгляд утонул в его глазницах. Моё визуальное сознание поволокло с дикой скоростью не понять куда. Не тело, а именно мой взгляд вместе с моей душой умчался куда-то далеко внутрь этих глазниц.
А затем меня резко качнуло, и я упала с большого камня на белый песок. Я взглянула на ноги и заорала от ужаса. Такие ноги могли быть у женщины, которая весила не меньше двухсот килограмм. Я кое-как оторвала свой толстый зад от земли. Моё сердце при этом забилось в истерике внутри грудной клетки. Оно прямо просилось выйти наружу. С тяжёлой отдышкой я посмотрела по сторонам. Меня окружала песчаная равнина, конца и края которой не было видно. Лучи солнца, возникшего в этой реальности чуть позже меня, стали печь мою кожу.
В панике, не зная, что делать, я рванула вперёд с надеждой, что всё это сейчас резко закончится, и меня вернёт в предыдущую реальность – в квартиру, в которой меня оставил Лесин. Эта ловушка Герлиха, твердила я. Та самая пакость, про которую перед своим уходом мне рассказал Илья.
Но этого не происходило. Я шла вперёд, истекая потом под нещадными лучами солнца. С каждым шагом я сознавала, что это не ловушка Герлиха. Это что-то другое. Мне в голову постучалась странная, но имеющая право быть правдой, мысль: мир, из которого меня вышвырнуло сюда, является неким порталом, забрасывающим людей в разные миры. И растворение – это возможно не смерть, а лишь перемещение в другой мир. Только от такой догадки легче мне не становилось. Если это всё так, как я думаю, то меня всё дальше и дальше куда-то забрасывает и шансов вернуться в мою настоящую реальность у меня остаётся всё меньше и меньше.
Я не заметила, как оказалась на краю очень глубокой ямы с горящим огнём, выбивающемся из-под земли – напоминающей огромный газовый кратер.
Я попыталась отступить от края, но земля прямо вместе с моими ногами стала съезжать вниз. У меня всё ещё оставались шансы выбраться наверх. Я попыталась руками зацепиться за край и вытащить своё тело из мягкой земли. Но земля под ногами вновь поехала. Я вместе с ней очутилась ещё ниже. И каждая новая попытка подняться вверх приводила к тому, что мои ноги, не находя устойчивой опоры, под весом моего необъятного тела тянули меня всё ниже и ниже – в огненную пропасть.