– Кто там у вас так громко кричит? – раздался крик какого-то мужика. - Кого там убивают?
И в ответ ожил маленький черно-белый телевизор в коридоре. Он даже не был включен в розетку. Из него раздался неприятный мужской гогот.
– Как кого? – ответил гогочущий мужик. – Её убивают! Ты что не видишь урода с топором?! Он сейчас размозжит ей голову.
Короче один телевизор ответил другому. Всё это прозвучало прям так, как вполне нормальное явление. Ну, перекинулись два телевизора словечками, и оба заткнулись. Ну, что тут такого?!
Из спальни выскочили дети с воплями:
– Мама, что происходит?
Я шагнула к ним. И в этот момент как будто кто-то со спины рубанул топором меня по голове. Боль была невероятной. Ноги мои подкосились, и я, вытянув руки вперёд, рухнула на пол.
Без сознания я пробыла совсем недолго. Нырнула в темноту и вынырнула. Правда, очнулась я пристёгнутой на переднем сиденье какого-то автомобиля. Боль в голове притупилась, и я мужественно её терпела.
Автомобиль двигался по знакомому мне двору.
– Так о чём это я, – услышала я чей-то хриплый прокуренный голос, и, повернув голову, увидела Райку Шахнецкую за рулём. Она ухитрялась вести машину и подкрашивать губы одновременно.
– Ты чё творишь?! – заорала я. – Тормози!
– Лесин сдох, потому что сидел всё время возле экрана этого чёртового телевизора, – продолжала спокойно объяснять Райка, не обращая внимания на мои вопли. – Он ни на секунду от него не отходил. Он просто тупо смотрел в этот чёрный ничего не показывающий ящик.
Райка закрутила руль, и её машина повернула налево. Затем она объехала с правой стороны канализационный люк и выехала на прямую дорогу, ведущую к главной дороге, и продолжила малевать свои губы.
– Если бы кто-то был дома. Если б кто-то увидел его смотрящего в экран этого чёртового телевизора, он бы возможно прервал бы эту гипнотическую связь. Но нет! Никого не было. Как спецом!
Я попыталась влепить ладонью по руке Шахнецкой. Но моя рука прошла сквозь её руку. Затем я попыталась схватиться за руль, но и тут потерпела неудачу. Моя рука просто прошла сквозь него, словно его там и не было. Мы всё ближе и ближе подъезжали к главной дороге, по которой пронеслось несколько машин.
– Он прилип взглядом к телевизору, и что там происходило дальше в его голове, никому неизвестно.
Райка резко повернула голову ко мне, а я через стекло в дверце с её стороны увидела эту страшную спортивную машину, приближающуюся к нам на невероятной скорости:
– Старые телевизоры – это зло! – заорала во всё горло Райка, как будто знала, что сейчас произойдёт. – В них живут всякие твари!
В момент самого столкновения я резко подорвалась вперёд: из положения «лёжа», перешла в положение «стоя на карачках». Дети, поливавшие меня в коридоре холодной водой из чайников, с визгами отскочили в разные стороны.
– Сработало! – воскликнула Дашка.
– А по щекам бить не пробовали? – обиженно произнесла я.
– Пробовали, – ответила Светка. – Ма, что происходит? Чё телики включаются один за другим и всякую хрень орут?
– Надо их отсюда выволакивать! – твёрдо заявила я и поднялась на ноги. – Не место им в нашей квартире!
– Дура, ты дура! – завопил телевизор с кухни. – Безмозглая дура!
– Прямо все? – переспросила на всякий случай Света.
– Я думаю дело в этих, что в коридоре стоят. До них не было никаких проблем.
Я рванула к входной двери, открыла её и, схватив маленький чёрно-белый телевизор, понесла его к дверям Ванькиной квартиры. Но не донесла буквально несколько шагов. Он заорал что дурной и лупанул меня электрическим током. Я его выронила и со злости двинула по нему ногой. Два остальных я просто вышвырнула из квартиры на площадку и захлопнула дверь. То, что с ними там дальше происходило, меня не заботило. Вроде один из них решил громко попрыгать по ступенькам. И возможно даже сделал сальто в воздухе. Но я этого не видела, поэтому врать не буду.
Я бросилась к аптечке и стала капать себе в рюмку валерьянку. Накапала тройную дозу, и залпом её выпила. Нормальный человек запил бы всё это водой, но я, видимо, не попадала в эту категорию.
– Так, молодёжь, собираемся и выходим на улицу. Надо просвежиться. Я не могу здесь пока оставаться.
Дашка пулей улетела в свою комнату собираться. А вот Светка уткнула руки в бока:
– Они же там, за дверью! Ты не боишься выходить?
– Проскочим как-нибудь! Или у тебя какие-нибудь другие предложения?
– Давай посмотрим, что изменилось. Будут ли орать остальные телевизоры.