Тик снова подчеркнул, что нужно все сделать для того, чтобы крестьяне вернулись в родную деревню — только при этом условии можно реорганизовать, пополнить и укрепить партизанский отряд.
— Во-первых, мы должны уговорить людей вернуться в деревню, во-вторых, — нужно по-новому организовать и усилить караулы. Жители при хорошей организации караулов сами захотят вернуться сюда, и чем больше их вернется, тем сильнее будет наш партизанский отряд.
Чо стало ясно, какие задачи надо выполнять, и он горячо заговорил:
— Итак, мы должны бороться, чтобы жители нашего селения вернулись домой. Одновременно мы должны укрепить партизанский отряд. Но, по-моему, прежде всего нужно выгнать из отряда всех неустойчивых, неверных людей и принять в отряд новых, наиболее активных.
Тик спросил:
— Кого же, по-твоему, нужно принять?
Чо назвал несколько имен. В числе названных был Льеу.
Все свое свободное время Льеу проводил у защитного забора. Он добровольно ходил на караулы, независимо от того, день ли был или ночь. Льеу утверждал:
— Ходить на караулы, бороться с врагами родины вместе с партизанами хоть и опасно, но все же лучше, чем жить в доме Хюе. Я работал на Хюе, как вол, а взамен этого получал пинки и проклятия.
Льеу часто просил Тика и Чо принять его в партизанский отряд. Он горячо говорил им:
— Никто теперь не властен запретить мне бороться вместе с партизанами!
Мать его, когда он был маленьким, ходила по деревням и просила милостыню. Так она добралась до общины Хонг-Фонг. После смерти матери Льеу Хюе взял к себе мальчика и стал его жестоко эксплуатировать. Но теперь, когда вся семья Хюе переселилась в Тхай-Хок, Льеу оказался на свободе и мог делать все, что ему захочется. Когда Хюе был еще в деревне, Льеу попросил у него разрешения вступить в партизанский отряд. Хюе и слышать не хотел об этом. Льеу несколько ночей подряд горько плакал, ему было обидно и стыдно перед другими. Но теперь он свободен, никто не помешает ему вступить в партизанский отряд.
Чо, рекомендуя Льеу в партизанский отряд, сказал о нем не только хорошее. После того, как Тян покинул деревню и Льеу убежал из дома Хюе, юношу ничто не интересовало, кроме караулов. Все остальное время Льеу слонялся без дела по близлежащим деревушкам. Односельчане настойчиво советовали Льеу поработать в поле, но он никого не слушал. Тян оставил ему так мало риса и бататов, что Льеу часто голодал. Но вместо того, чтобы приняться за работу, он бродил по деревне. Поэтому Чо, подумав, добавил:
— Правда, он храбрый малый. Но ведь ты сказал, что партизанами могут быть только лучшие активисты, люди, которые, кроме всего прочего, заботятся о полевых работах. А этот лентяй предпочитает гулять по деревне. Ну что ты с ним поделаешь?
Тик засмеялся.
— Ты уж слишком многого от него требуешь. Ему хочется погулять, развлечься: до самого последнего времени его жестоко эксплуатировали в доме Хюе, держали в черном теле. Вот он вырвался сейчас на свободу, как птица из клетки, поэтому ему море по колено. Но он храбрый паренек, и если найти к нему правильный подход, из него выйдет хороший партизан.
Слова Тика вполне удовлетворили Чо. Главное то, что Льеу смельчак, а остальные качества можно развивать. Если у человека нет мужества, то его, по мнению Чо, нужно исключить из партизанского отряда, даже если он обладает другими хорошими качествами. Чо вспомнил о Тяне и сказал:
— Нужно продумать и кандидатуру командира отряда: сейчас наш отряд, по существу, обезглавлен.
Тик усмехнулся.
— Вот именно: обезглавлен.
Кхань давно уже работал в свободном районе, Фаи погиб, а Тян переехал в Тхай-Хок.
И тут только Тик признался Чо, что на заседании партбюро его, Тика, назначили комиссаром и одновременно командиром партизанского отряда. Он прибавил очень серьезно:
— Партийная организация поручила мне подготовить нового командира отряда, который помогал бы мне. Боюсь, что один я не справлюсь: у меня очень много работы.
— По-моему, — возразил Чо, — ты справишься с работой и без помощника. Зачем назначать помощника, если он только будет числиться помощником на словах, а на деле всю работу будешь делать ты?