— Сём! — «постучалась» в голову к Семёну Анна. — Я никому не рассказывала, но у меня есть кое-что новенькое по части ментальных техник. В общем, существует способ принудительно захватить разум человека, в голову которого ты проник. Готов к демонстрации?
— Ага. Давай, готов.
Странное это чувство, когда тебя словно вытесняют куда-то на самый край собственного разума. Видишь, слышишь, осязаешь, но сам чувствуешь себя спелёнатым. И с изумлением наблюдаешь, как твоё тело, подчиняясь чужой воле, устраивается перед зеркалом, достаёт из Ольгиного набор пинцетик и принимается выщипывать себе брови.
— Это ты специально придумала, чтобы отомстить Косте? — спросил Сёма, когда Анька его отпустила.
— Да. Только выщипывал он себе вовсе не брови, — хихикнула Анна.
— Мрак! А ты — опасная особа. Слушай, можно ли этому сопротивляться?
— Как бы я могла это узнать без посторонней помощи? Такие вещи кроме как опытным путём не выяснишь. Давай для начала попытайся меня потеснить. Сначала я не буду рыпаться, а потом поищем способы противодействия.
За этими занятиями и застала своего благоверного Ольга — он расслабленно лежал наискосок на койке и немножко потел от совершенно непонятных причин. Разумеется, «занырнув» в голову к супругу, она мигом во всём разобралась.
— Я же говорила, чтобы ты не лезла в мозги к моему парню, — набросилась она на Анну.
— Это ещё кто к кому куда залез! — Анька вышибла Ольгу обратно и последовала за ней, уже в её разум. А Сёма с удивлением осматривал себя в девичьем образе и делал кокетливые книксены висящему на стене зеркалу. Потом спохватился и побежал в каюту, где жили они с женой — как раз Ольга отступила в его тело и теперь они с Анной спорили в полный голос.
Чтобы во всём этом разобраться, пришлось звать Наталью, вслед за которой и Филя подтянулся. Но у него, как раз, ничего и не получалось — проникнуть в чужое сознание он не смог, как его ни натаскивали. Зато сопротивляться чужому вторжению научился, если чувствовал его. Кстати, обнаруживать подобное проникновение извне, если оно проводилось без доклада о своём присутствии, вообще ни кто не мог. Ни «принцы с принцессами», ни обычный человек.
Так, за учёбой и тренировками в ментальных техниках время и пролетело.
На базе Фелло, что располагалась в толще спутника шестой планеты, завершился ремонт ещё двух крейсеров — шестьсот восьмого и шестьсот четвёртого. Восстановили, также, и шестьсот седьмой — и каюты на нём теперь имелись, и постоянная гравитация в зоне обитания присутствовала. Рувин при поддержке Арсения формировал экипажи — на командные посты он поставил своих бывших помощников — первого и второго. Вернее, настаивал на этом, в то время, как командующий флотом коммандер Аштал категорически против этого возражал.
Не долго думая, Анна залезла к этому упрямцу в голову и хорошенько дала по мозгам, «объяснив», кто тут главный. То есть — боевой командир, пользующийся неограниченным доверием Его Величества, или старший по званию, пусть и великий мастер штабной работы.
А потом началась подготовка выхода к Хорде. Планировалось подавить средства противокосмической обороны и приниматься за поиск наземных объектов. Корабли каждый день выходили на боевое слаживание, отрабатывая совместные маневры и поражение малоразмерных целей с больших дистанций. Разрушители крейсеров теперь действовали — каждый обслуживал принц Императорского Дома, способный вдохнуть жизнь в это оружие.
— Рувин! Не могли бы вы ознакомить меня с последними изображениями, полученными с Хорды. Меня интересует, как выглядят солдаты армии мелтов. Или их офицеры, — Анна обратилась к командиру шестьсот седьмого вечером сразу после ужина, когда ещё не все разошлись из-за стола, накрытого в императорских апартаментах.
— Извольте Ваше Высочество. Ваше Величество, если позволите?
— Конечно, позволю, — кивнул Арсений. — Думаю, всем будет интересно.
«Надо же, какой тупица, — подумал Сёма и переглянулся с Ольгой. Она тоже уже сообразила, но, повинуясь взгляду мужа, покорно покинула столовую и увела с собой Наталью. — Умница. Сообразила, что не стоит в её положении участвовать в том, что вскоре произойдёт»