— Знаешь, Аслауг, по-моему, в этом мире все риск. Рожать — ужас, рождаться — кошмар, обычная жизнь — сраное говно. Будь выбор — я бы пропустила эту инкарнацию, и сразу родилась звездным котиком в Магеллановом облаке. Но выбора не было, такая фигня.
— Жизнь хомосапиенса — восхождение от утробы матери до трубы крематория, — снова пошутил Мичибичи в своем готически-циничном стиле.
— И наш геном оказался мусорной свалкой, — добавил Страшила. — По-всякому выходит: рисковать особо нечем.
— Ребята, а хотите хороший совет? — спросил консультант по ЯД.
— Не откажемся, — сказал Страшила.
— Так вот, мой совет: прекратите относиться к своей жизни, как к сраному говну. Если интуиция не подводит меня, а интуиция редко подводит меня в подобных случаях…
— Что тогда? — нетерпеливо перебила Веснушка.— Тогда для вас самое интересное только начинается, — договорил он.
Страшила покачал головой вправо и влево:
— Красиво говоришь, кэп Юлиан. Но лодки у нас теперь нет.
— Да, — невесело согласился с ним Мичибичи. — Враги потопили нашу арго-лодку, когда захватили нас в Атлантике, а на 3-метровом «Зодиаке» не получится жить.
— Ладно, мальчишки, — вмешалась Веснушка, — поработаем сезон на верфи в Сусе, вроде рабочие места там есть. Так, на новую лодку, наверное, хватит.
— Вообще-то, — сказал консультант по ЯД, обращаясь к ней — открыт быстрый путь. Для некого проекта нужен броский оружейно-морской брэнд, а ты потенциально то самое.
— Я — брэнд? — удивилась она.
— Да, ты, как сестра Руди, запугавшего Евросоюз, — уточнил он.
— И тогда что, арго-лодка даром? — подозрительно спросил Страшила.
— Вы получите лодку и роялти с проекта, — невозмутимо уточнил Юлиан Зайз.
27. Полет парламентариев к крокодилам моря Феззан
23 мая, полдень. Франция. Эльзас. Аэропорт Страсбург
Стажер-эксперт Жаки Рюэ, увидев на поле «Boeing business jet», предназначенный для парламентской делегации, немедленно обозвала этот самолет символом безобразного субмодерна, добавив, что это — по сути Boeing-737, модель 1967-года, испорченная при тюнинге фюзеляжа ради экономии веса и тюнинге моторов ради экономии топлива. О перепланировке салона под VIP она заявила: гламурный нео-ампир из говна и тряпок. О самих VIP, десяти евро-парламентариях (по одному от каждой фракции), высказался майор-комиссар Поль Тарен. Он отметил, что каждая фракция спихнула в эту миссию самого никчемного своего члена, при том, что все евро-депутаты — никчемные фрики. Помимо парламентариев, среди пассажиров было два десятка журналистов, которые с момента посадки в самолет держали ушки на макушке. В основном их внимание было направлено на парламентариев, а не на трех оперативников, занявших секцию рядом с обслугой. Но одна девушка-репортер обратила внимание, и нахально подсела к ним.
— Привет! Меня зовут Лола Ву! Я случайно услышала ваше мнение о делегации.
— Вам показалось, — отреагировал бригад-генерал Штеллен, мигом определив, с какой категорией «акул пера» имеет дело в ее лице.
Эта симпатичная и бойкая девчонка, примерно ровесница Жаки, хотя выглядела, будто китаянка (соответственно фамилии), но во всем, кроме фамилии и фенотипа, была 100-процентной европейкой. Скорее всего — третье поколение китайских мигрантов времен Вьетнамской войны. Судя по бейджу, она представляла журнал «Шарли», что однозначно делало ее персоной нон-грата в обсуждении политических и около-политических тем.
— Нет, мне не показалось, Вальтер… Вас ведь зовут Вальтер, не так ли, генерал?
— Можете звать меня, как угодно, мисс Ву, — проворчал он. Приказ про его новый ранг, бригад-генерал вместо полковника, был проштампован лишь вчера, он еще не привык. Кроме того, ему было неприятно, что «большая звездочка» получена не за какие-то его достижения, и не по выслуге лет, а просто для декорума: в миссии такого уровня было положено, чтобы представитель спецслужб был генералом, хотя бы однозвездочным.
Между тем, журналистка из «Шарли» сделала свои выводы из его тона:
— Похоже, я не очень-то нравлюсь вам, Вальтер, а ваши коллеги будто онемели.
— Почему же, мисс Ву, вы очень нравитесь. Глядя на вас я вспоминаю избранные главы мирового бестселлера «Дао Любви» и все такое.
— Вальтер, если вы хотите меня смутить такими намеками, то зря стараетесь.
— Никаких намеков, мисс Ву. Я так проявил уважение к культуре нации, из которой вы этнически происходите. Это вполне искреннее. В академии разведки нам преподавали несколько предметов по китайским источникам. Стратегию по Сунь Цзы, например.