— Так, Вилли, может вы приобщите меня к этой великой тайне смысла?
— Элементарно, полковник. Они создают этот искусственный интеллект, чтобы за него получить немного денег, пойти на базар, купить рис, овощи и курицу, сделать карри и пожрать. Все, происходящее далее с их уродливым созданием, вовсе лишено смысла.
— Это, — сказал Штеллен, — опять какое-то сползание в мистику.
— Это потому, что ваш искусственный идиот сполз в мистику. Да, аббревиатура ИИ тут годится. Ваш ИИ приписал Руди Ландраду теракт в Вадуце, хотя тот был под арестом. Соответственно, ИИ приказал всем отрабатывать тему «Руди на свободе и действует». Оцените логику ИИ. Руди, под арестом, дает наводку на арго-яхт-клуб Майншпиц, где выпивал на днях со своей сестрой и двумя ее друзьями. Когда приезжает полиция, эти фигуранты уже успели уйти по Рейну в море. Насовсем. А Руди умер в тюрьме RAF.
— Вилли, откуда вы знаете все это?
— Полковник, это уже выложено в интернет. Я экономлю вам время, пересказывая. Мне продолжать, или вы предпочитаете искать и читать сами?
— Продолжайте, Вилли.
Пожилой экс-террорист снова глотнул вина, закусил сыром и произнес:
— Я подошел к вершине логики вашего ИИ. Не сходя с линии Руди Ландрада, ваш ИИ приказал арестовать сестру Руди и двух ее друзей на арго-лодке в нейтральных водах, нарушив международные и национальные законы. Впрочем, закон пишется лишь для удобства тирании, а не для людей. Дело не в законах, а в логике. Ваш ИИ поставил на мертвого Руди ловушку с приманкой в виде его сестры. Разумеется, фигурант, который изображает Руди на интернет-блогах, реагирует: он зажаривает VIP-толпу на Шванзее. Теперь ваш ИИ совершенно уверен, что Руди жив, и в этом был смысл огненного шоу. Спектакль сыгран для одного зрителя: вашего ИИ, который в результате прикажет вам ловить мертвого Руди до скончания веков и арестовывать соучастников, вычисленных согласно этой линии. Например, меня. Ведь я находился недалеко от Шванзее и имел отношение к RAF, лидеры которой умерли в той же тюрьме, где умер Руди Ландрад.
— Стоп, — сказал Штеллен. — Вы сказали: по версии ИИ, Руди жив и действует.
— Да, — подтвердил Морлок. — По версии ИИ, Руди жив, но имеется акт о смерти Руди в конкретной тюрьме, и этот акт тоже идет в анализ Больших Данных. Там смешано все, причем одно противоречит другому. Человек отсек бы логический парадокс, но ИИ не обладает интеллектом даже на уровне жука-навозника. Кстати, есть гипотеза, что жук-навозник подсказал древнеегипетским жрецам идею о духовных ценностях. Он может скатать шар из дерьма намного больше своего размера. Вы улавливаете смысл?
Шеф RCR сердито похлопал ладонью по столу.
— Ближе к делу, Вилли! Вы сказали: фигурант, который изображает Руди. Кто он?
— Полковник, неужели вы думаете, что я знаю его имя?
— Я думаю, что вы знаете о нем намного больше, чем пока сообщили. Хватит темнить.
— Может хватит, а может нет, — ответил Морлок. — Покажите мне какой-нибудь приз.
— Хотите опубликовать свои мемуары? — спросил Штеллен.
— Бросьте, полковник. Я не такой брэнд, как Карлос Рамирес, или как Андерс Брейвик. Читателей вряд ли заинтересует второстепенный террорист полувековой давности.
— Заинтересует, если правильно подать. Причем я знаю, кто умеет правильно подать.
— И кто же?
— Издательство Plink-Lake, Салем. Когда была мода на мемуары неонацистов, я дал им хорошие контакты, и теперь мы иногда сотрудничаем. Полуофициально.
— Занятно, полковник. Но у меня нет имени лже-Ландрада.
— А что у вас есть, Вилли? Карты на стол, и попробуем набрать нужное число баллов.
— Занятно, — повторил Морлок. — Что вы скажете о базе логистики этого фигуранта?
— Я скажу: это Албания, район Орикум, бывшая ремонтная база советских субмарин.
Вилли Морлок грустно вздохнул, однако не утратил азарта.
— Ладно, я зайду с другой карты. Что вы скажете об источнике урана для шоу?
— Откуда вы знаете про уран при теракте на Шванзее?
— Элементарно, полковник. Телевизор. Ну как? Хватит баллов у этой карты?
— Хватит. Выкладывайте.
— Слушайте. Прошлой зимой менеджеры Хакима аль-Талаа наняли толковых парней с опытом использования селективных металлоискателей. Работа была такая: собирать в ливийской пустыне снаряды с сердечниками из обедненного урана, оставшиеся там по итогам войны 2011-го. Янки применяли эти снаряды против бункеров и бронемашин.