Юлиан Зайз скептически хмыкнул и резюмировал.
— Кино — отстой. С креативом тут не перетрудились. Надергали фрагментов отовсюду. «Астероид Армагеддона», «Мега-цунами», «Годзилла»… Только крыса симпатичная.
— Это из второго сезона сериала «Хибакуси Фукусима», — сообщила Аслауг Хоген.
— А-а… То-то у нее глаза, как у школьниц в комиксах-манга.
— Ты увлекаешься мангой, где школьницы? — удивилась она.
— А то ж! — ответил он. — У меня есть заказчики-японцы. Помнишь Катацуморидако?
— А то ж! — в тон ему ответила Аслауг. — Но при чем тут манга где школьницы?
— При том, что для проектирования яхты мне надо вникнуть в культуру пользователя. Чувство прекрасного, переживание личного мистического опыта и всякое такое. Вот обрати внимание на эти большие и выразительные глаза у лысой крысы-мутанта. Ты ощущаешь радостное волнение?
— Нет, я ощущаю, что у меня может испортиться аппетит на неделю вперед.
— Вот, Аслауг! Это значит: ты не вникла в эстетику современной культуры Японии.
— Я не вникла, — согласилась она, — и персоны из политэлиты тоже не вникли. У них от лысой крысы и всего предшествующего в фильме сразу испортился аппетит. Им так не понравилось, что они оформили запредельные полномочия ЭК МАГАТЭ в надежде на спасение от бетонной субмарины. Я согласилась заняться, при условии зарплаты… Но, сообщить сумму не могу, это конфиденциальная часть контракта.
— Страх элиты — двигатель прогресса, — прокомментировал консультант по ЯД.
26. Флот аргонавтов и признания в любви
22 мая 10 утра. Акватория Сардинии. Сторожевые скалы у входа в бухту Сапоне
Даже самые простые мечты порой внезапно не сбываются. Подойдя на 40-футовой «Ромбус» к Сторожевым скалам, Аслауг и Юлиан увидели, что в бухте Сапоне такой интенсивный трафик арго-лодок, что нечего ловить. В смысле очевидно, что места на прекрасном пляже и в траттории «у Циклопа» заняты транзитными аргонавтами. Это можно было предвидеть. Юго-западный берег Сардинии (точнее, ее острова-спутника Антиоха) лежит идеально для привала на пути из Франции или Испании в Ливию. Для мигрирующего флота аргонавтов важна было еще и политика властей Сардинии. Этой полунезависимой островной провинции меньше всего хотелось влезать в «Улиточный кризис» и становиться мишенью для очередной акции возмездия Руди. Так что они, не обращая внимания на сигналы из Брюсселя и Рима, объявили полный нейтралитет…
…И на юго-западном краю островка Антиох случился аншлаг. Аслауг, осмыслив это, невозмутимо заключила:
— Черт с ним. В другой раз пообедаем у Циклопа. Тут на скалах тоже неплохо.
— Симпатичное место, — согласился Юлиан, обозревая цепочку причудливых каменных формаций, частично покрытых водой и образующих крошечные проточные заливы.
— А как далеко тройка экстремалов на «Зодиаке»? — спросила она.
— 27 морских миль по транспондеру, — сообщил он, глянув на пультовой экран.
— Примерно 50 километров, — перевела она в уме. — Полтора часа при их скорости.
— У меня есть идея, чем заняться, — моментально откликнулся он, и…
Следующий час пролетел в мастер-каюте, преимущественно — на широком диване, а эпизодически — в ванной, и просто стоя у шкафа с удобными ручками. В общем, сеанс спонтанной любительской камасутры. По итогу они растянулись, будто две морские звездочки, поперек широкого дивана. Аслауг погладила своего партнера по животу и, в некоторой задумчивости, произнесла:
— Почему жизнь устроена так через задницу?
— Куда тебя унес поток мысли? — спросил Юлиан, накрыв ее ладонь своей.
— Это экзистенциальное, — пояснила она. — Два года назад я шутила о том, где бы найти нормального парня. Большинство моих сокурсниц успели сходить замуж, и даже, как правило, развестись. Кто-то судится с бывшим за алименты. И за детей, если завелись таковые. Кто-то уже второй раз замужем. Все разговоры — только вокруг этого. У меня появилось ощущение, будто мы с разных планет. Никаких общих тем, понимаешь?