Кучер решил мои проблемы одним махом:
– Незримый, вас подождать или я могу ехать?
Мысли заметались.
«Платить не надо, но стоит ли отпускать? Он может отвезти нас с сестрой подальше отсюда… но тогда нас легче будет найти…»
– Не жди, – прохрипела я, стараясь косить под мужской голос старца, что читал возле алтаря какой-то ритуал. – Но отправляйся домой по другой дороге. И если тебя спросят, кого вёз…
– Понял. Никого.
– Ступай, сын мой. Да прибудет с тобой сила!
Извозчик даже приосанился, довольный по самую макушку.
«Чудны дела твои, Господи…» – ворчливо подумала я самой излюбленной фразой из бабушкиного лексикона, пусть земля ей будет пухом.
Я проводила взглядом исчезающий в пыли экипаж, повернулась в входным дверям особняка и… и растерялась.
«Дальше-то что? Идти в лоб? А вдруг барон дочерей третировал дома так, что даже его слуги по отношению к девочкам, как звери?! В этом случае закончится всё тем, что меня кинут в подвал к сестре. Такая себе помощь… Продолжать косить под незримого? Наверное…»
Я поднялась на последнюю ступень, когда двойные двери распахнулись, и передо мной принялись кланяться двое: мужчина в тёмно-зелёной форме и женщина с измазанным мукой передником.
– Незримый! Какая честь!
– Простите, Незримый, но хозяин сейчас в храме… мы вам писали жалобу…
– Нашу голубку замуж отдают… насильно… – женщина всхлипнула и вдруг залилась слезами.
У меня отлегло от сердца.
Я прошла в холл и скинула капюшон.
– Лера Верин! – Пышнотелая дамочка побледнела и хлопнулась в обморок. Престарелый дворецкий еле удержал её.
Пришлось помогать тащить женщину к ближайшему дивану с подранной обивкой.
– Ох, лера, – покачал головой мужчина с седой аккуратной бородой. – За такое вас по головке не погладят. Одеться в наряд Незримого! За это положена порка на площади… давайте-ка сутану мне. Да простит меня Ктулх, я спалю её.
– Спасибо.
– Вы сбежали?
– Да. Но меня точно скоро найдут. Помогите спрятаться мне и сестре.
– Лера Лана заперта внизу. Его Милость приказал Годрику отвести младшую госпожу туда, прежде чем отправиться с вами к храмовникам. Я слышал.
– Ты сможешь её привести?
Старик печально помотал головой.
– Нет. Там родовые артефакты. Мне не пройти… зато вы можете.
– Показывай.
– Только мию Тергеру приведу в чувство, – старичок осторожно похлопал женщину по щекам. – Тери... Тери, не время отдыхать.
– А? Что?
– Тери, собери лерам еды. Девочки решились на побег. Госпожа Лана будет в восторге.
Я пытливо впитывала каждую фразу стариков, оставшихся в поместье несмотря на его разваливающееся состояние, и делала выводы.
«Они очень любят девочек. Видимо, с самого рождения с ними… такие пойдут на всё. Вон, даже жалобу не побоялись накатать на барона! Эх… мне бы книги с местными законами, раз уж я тут застряла».
К моей молчаливости старики претензий не имели. Видимо, это в характере Верин, или же девушка настолько была запугана собственным отцом, что молчание стало её добродетелью. Скорее всего там, у алтаря, настоящая Верин никогда не посмела бы вытворить то, что сумела я.
Обещанный восторг Ланы, младшей сестры Верин, из уст дворецкого звучал многообещающе. Возможно, нагулянная Лана имела куда более боевой дух. Не зря же её бросили в подвал! Была бы такой амёбной, как Верин, её бы заперли в комнате.
Лестница в подвал скрипела как в лучшем фильме ужасов.
Темноту разбавляли настенные светильники короткого тоннеля, но дышать опрелым воздухом замкнутого пространства было не айс.
– Дальше мне не пройти, – старичок указал мне на крайнюю дверь слева, упирающуюся в тупик. – Поторопись. Я подожду вас здесь. На дверях магические замки… попробуй приложить руку. Родственная связь должна помочь. В твоих жилах течёт кровь барона.
Я скривилась.