Сегодня засиделись допоздна. Тем не менее ложиться спать Шейла не торопилась. Закутавшись в шаль и прижавшись к тёплому печному боку, долго листала книгу про фейри и на следующий день решилась-таки на рискованный эксперимент.
Дождавшись, пока на улице стихнут шаги и голоса, а в окнах домов погаснет свет, выскользнула за порог и, поправив на спине внушительный заплечный мешок, уверенно отправилась в путь. Полная луна не хуже уличных фонарей, какие устанавливают в крупных городах, освещала дорогу. В её холодном призрачном свете девушка быстро добралась до окраины города, откуда начиналась холмистая пустошь. Далеко впереди чернел лес.
Шейла не стала уходить от города слишком далеко. Выбрав холм покрупнее, разложила у его подножия костёр. Огниво, сухие дрова и щепу для розжига она принесла с собой, а для подкормки огня насобирала валежника в близлежащей роще. Постелив на землю сложенное вчетверо шерстяное одеяло, девушка закуталась в шаль поверх пальто, облокотилась на горку подсыхающих возле костра сучьев и призадумалась, как бы поскорее уснуть. Страшно ей нисколечко не было, скорее было страшно интересно. Танец пламени завораживал, потрескивание поленьев с редкими щелчками, при которых в тёмное небо взлетали золотисто-алые искры, успокаивало. Постепенно глаза начали слипаться, а мысли путаться…
Она так и не поняла, уснула или нет. Вроде бы по-прежнему сидела в той же позе с открытыми глазами, когда сквозь огненные всполохи увидела расположившегося напротив незнакомца. Мужчина. Молодой. Длинные рыжие волосы свободно струятся по спине и плечам, лишь у висков прихваченные в две тонкие косицы. Глаза из-за расширившихся зрачков кажутся чёрными, бездонными. Губы бледные, сурово поджаты.
– Ты кто? Фейри? – голос испуганно дрогнул.
Молчание незнакомца, его какая-то непонятная отрешённость, взгляд в упор смущали и настораживали. А вдруг это заглянувший на огонёк разбойник? Места здесь дикие, мало обжитые.
– Меня зовут Рен. А тебя? – ни в склад ни в лад ответил мужчина.
– Шейла.
Интересно, если это фейри, то какой у него изъян? Ноздрей две, верхняя губа не раздвоена, клыков, рогов не видно. Может, копыта? Или поросячий хвост?
Сторонние размышления как всегда помогли успокоиться и взять себя в руки. Девушка стянула разъехавшиеся края шали и решительно перешла к сути дела:
– Это правда, что фейри исполняют заветные желания?
Рен кивнул, продолжая бесстрастно и равнодушно наблюдать за собеседницей.
Прежде чем задать следующий вопрос, Шейла от волнения прикусила губу:
– А что будет, если желание окажется не самым заветным?
– Случится – узнаешь.
– У тебя есть изъян? Покажи. – Голос истощился практически до писка, настолько неловко было спрашивать. Но как ещё понять, что это именно фейри? Дядюшка писал, что они весёлые, болтливые и… женского пола. Может, парень над ней потешается? Сейчас расплывётся в зловещей ухмылке и потребует выбирать – жизнь или девичья честь, кошелька-то у неё всё равно с собой нет.
– Мой изъян ты не сможешь увидеть глазами.
– Тогда просто назови.
– У меня нет сердца.
– Как?! Это невозможно! – Ответ Рена настолько потряс девушку, что она перестала бояться. – Ты что, мёртвый?
От последнего предположения её невольно передёрнуло. Даже будь это сон, мало приятного встретить в нём мертвеца.
– Нет. Ты странная. Почему в одно веришь, а в другое нет? Разве возможно наяву увидеть фейри? Мы живём в параллельном мире, незримом для людей, и можем встречаться с вами только во сне.
– А разве я не сплю? – нахмурилась Шейла.
– Нет.
– Тогда как?..
Девушка огляделась. Действительно слишком ясно она видит окружающий мир, чувствует спиной влажную прохладу осенней ночи, а лицом жар огня, отчётливо слышит звуки. Вот отчаянно закричала невдалеке ночная птица. Деловито прошуршала в высокой траве полёвка.
– Вилмар загадал желание, чтобы однажды два мира встретились. Сегодня оно исполнилось, – голос Рена продолжал сочиться ледяным равнодушием, словно он говорил не о знаменательном событии в жизни двух народов, а о каких-то обыденных вещах.
– Дядюшка умер… – Шейла впервые почувствовала острую тоску по человеку – единственному из родни, кто хоть как-то заботился о ней. Да и, судя по всему, характером они с Вилмаром были очень похожи – та же страсть к неизведанному.