Задумалась, пытаясь выскрести хоть что-то, но получалось плохо. Тяжело вздохнув, обняла мужчину в ответ, понимая, что сегодня на рассвете тихая жизнь кончиться.
- Мы встретились с тобой в самый первый день твоего попадания. Горящий дом. Его хозяином был вождь серых. После возвращения мой резерв был почти на нуле. Мои силы не делятся на божественные и магические, это ядерная смесь, - тут же ответил на мой немой вопрос мужчина, - Он поджёг особняк, заперев меня в одной из комнат и послал ко мне парочку своих ребят.
- Тогда… - зажмурилась, пытаясь вспомнить, - вполне возможно. Я всё еще помню всё очень смутно.
Вновь глянув в сторону зашедшего солнца, оглядела тьму накрывшую мир и манившую в объятия сна, фыркнула прерывая молчание:
- Ты прав. Из нас двоих явно кто-то спятил.
- Чур не я! – засмеялся мужчина, поднимая руки, показывая, что сдается.
Возмущённо вскрикнув, ударила мужчину по руке. Слыша его довольный смех, примерялась, как бы ещё ударить, чтобы и без ущерба для меня и ему больно было. Стоило найти это место как я замахнулась ногой, но была остановлена. Болтая ногами в воздухе, уже не возмущалась, я материлась.
- Мадам, не пристало прекрасным девушкам так выражаться… - покачал он головой, держа меня на вытянутых руках за подмышки. Попробовала ещё раз пнуть, но вновь провал…
- Я читаю защитное заклинание! Отпусти меня нечисть! – вспоминая «уроки» его матери, заявила гордо, когда меня прям так понесли в комнаты.
- Какая прелесть! Моя любовь уже учит такие сложные заклятия! – меня звонко чмокнули и поставили на пол, обнимая. Так и быть, прощу тебя…
Пожала плечами, умостив голову на плече супруга. Не смотря на безмятежный вечер и приятное тепло, что исходило от мужского тела, моё сердце терзали сомнения и беспокойства.
Глава 46. У меня неутешительные новости.
Глава 46. У меня неутешительные новости.
Прислонившись лбом к стеклу, бездумно следила за сменяющими друг друга лесами и полями. Напротив меня, сложив руки на груди, дремал Физастелис. До столицы два дня пути на «скоростных конях». Такие путешествия очень выматывали…
Чем ближе мы были к столице, тем больше во мне нарастало напряжение и волнение. Прикрыв глаза, думала о том, что сейчас происходит. Да я ж ввязалась в игру гигантов! Сама этого не понимая, я связалась с Богом этого мира и нажила себе врагов, что воспринимали меня не более как временное развлечение, в лице захватчиков.
А я ведь считала, что я сама, всё сама. Что я такая молодец, веду мир к процветанию. А если бы ни чужое покровительство, как быстро меня уничтожили бы? В первый же год? В первые месяцы моей активной деятельности?
Наши цели просто совпали… Я вместо того, чтобы просто наслаждаться праздной жизнью аристократки встала на дыбы, понимая, что с такими ограничениями долго я не проживу. Он вернулся и начал наводить порядки. Цель одна, но шли разными путями, пока они не пересеклись.
Перед глазами плясали воспоминания, когда я, точно загнанный дикий зверь скалилась, отстаивая «своё» против толпы тех, кто был против новшеств. Я ведь даже не действовала радикально, просто по наитию. Я старалась улучшить жизнь всех. От детей, которым сейчас печатают сказки, детскую литературу мир принял на ура и по которым учат читать, до студентов, которые могут учиться на бесплатной основе и имеют стабильную работу после выпуска. Многое коснулось бытовых сфер. И это многое облегчило их. Люди радовались подобным новациям, со снисхождением отмечая мой пол. Так было до того, пока я не смогла добиться работы женщин в государственных учреждений. Тогда-то всё и началось.
Именно тогда, та самая церковь, что смотрела на меня с одним закрытым и одним косым глазам, внимательно уставилась на все мои действия. Они даже начали копать под меня, но это не увенчалось успехом. Информационная гильдия потрудилась на славу.
Но… Как же… разочаровывающие узнавать, что без кого-то ты бы не добился ничего из того, что у тебя есть сейчас. Неужели я так бесполезна? Неужели без чужого вмешательства не могу ничего?
Бессильно разжав руки, смотрела на ладони. Хотелось плакать, но я рассматривала линии на ладонях, вспоминая их значения. Дёрнулась, будто просыпаясь. Стряхнув апатию и вялость, приблизила правую ладонь, вглядываясь.
Ах, точно… Как-то ещё в моём мире один кот расцарапал мне руку, но самая глубокая царапина была на правой руке, ближе к ребру ладони…
Настолько глубокая, что остался шрам. Еле видная изогнутая полоска, что «перечеркнула» пару линий.
Я… Должна выложиться на все двести двадцать! Не хочу быть обузой. Епископ ведь, наверняка смотря на меня, всегда смеялся, сопоставляя наши силы. Смеялся до тех пор, пока не узнал истинную суть Физастелиса. А теперь над этим ублюдком посмеюсь я. Если понадобиться, сама возьму трость супруга и воткну в сердце наглого церковника.