Не застав Мустафу в условленном месте, Абдулали растерялся. «Неужто этот сын гяура догадался о моем замысле? — думал он. — Ведь я делал все, чтобы обмануть его! Но я найду тебя! — угрожал он Мустафе. — Ты не уйдешь от меня! Тебе некуда уйти!»
Естественно, что он кинулся прежде всего в Губернаторский сад: это единственное место, где могут проводить время бездомные. И скоро увидел Мустафу на аллее. Увидав, стал прятаться за кустами. К Мустафе подошел Эльдар. Они поговорили о чем-то и скорым шагом пошли из сада. Абдулали — за ними. Занятые разговором, они не оглядывались, и Абдулали без труда следил за ними до подъезда дома известного богача.
Он стал ждать за углом и ушел лишь тогда, когда ушел Эльдар. Была ночь. Ясно, что Мустафа не уйдет отсюда до утра. Ему некуда уйти. А утром, еще как следует не рассвело, Абдулали снова появился у подъезда. Но уже не один, с долговязым кочи — бандитом. Они расположились за углом, в переулке. Прошло несколько часов, а Мустафа не выходил из дома. Что бы это могло значить? Может быть, он ушел другим путем?
Абдулали послал кочи в дом на разведку. Его встретил на пороге слуга. Спросил:
— К добру ли?
— Хочу повидаться с хозяином, получить долг.
— Хозяин еще не приехал, — ответил слуга. — Приходите завтра.
— Не приехал? — изумился кочи. — Ты говоришь неправду. Вчера я видел, как двое вошли в дом.
— Это были мои родственники, — ответил нисколько не смутившийся слуга. — Посидели немного и ушли.
— Вот оно что! Тогда извини, душа моя. Приду завтра.
Когда кочи пересказал этот разговор Абдулали, тот укоризненно покачал головой:
— Ай-ай! Какой же ты кочи, когда тебя обманул слуга. Мустафа еще там.
— И я так думаю. — Кочи на упрек не обиделся. — Мне удалось узнать: другого выхода из дома нет.
Абдулали и кочи дежурили в пустынном переулке весь день. Они не очень-то беспокоились из-за того, что их заметят из окон соседних домов. Пусть. Им нужно дождаться выхода Мустафы. А он непременно должен выйти сегодня. Ведь завтра приедет богач хозяин! А выход из дома один. Стало быть, терпение — и Мустафа будет в их руках. Если будет нужно, они продежурят тут и всю ночь, но обязательно схватят свою жертву.
Ветер не переставал. Телеграфные провода заунывно гудели. Как говорится, в такую погоду хороший хозяин собаку со двора не выгонит. Но Абдулали не проявлял недовольства, он был терпелив, так как знал, что Шапоринский хорошо заплатит за это убийство. А кроме того, ему достанется в жены красавица Нина.
А Мустафа даже и не подозревал, что его ждут у подъезда убийцы. Он просто ждал вечера, чтобы встретиться с Эльдаром в Губернаторском саду, как было условлено. Но однажды, чуть отодвинув штору, он выглянул из окна и увидел Абдулали. С ним был еще один человек, сильно смахивавший на кочи. Оба свернули за угол.
Мустафе все стало ясно. Его ждут, чтобы убить. Значит, из подъезда выходить нельзя. Он поднялся на чердак, с чердака на крышу. Стал осматриваться. Крыша соседнего дома совсем рядом, в двух метрах и на метр ниже. Придется рискнуть. Другого выхода нет. Прыгнул. Обошлось. Ногу вот только сильно зашиб. Однако, кажется, ходить можно. Мешкать опасно. С крыши второго дома перебрался на сук дерева, примыкавшего к крыше, и с большими предосторожностями спустился вниз, на улицу. Огляделся. Никого. Прихрамывая, пошел. Но Абдулали и кочи его заметили.
Смеркалось. Темнота сгущалась поминутно. Это было на руку убийцам. Они крались за Мустафой метрах в пятидесяти. Прохожих на улице было мало, но все-таки попадались. Абдулали ждал, когда Мустафа свернет в безлюдный переулок, ведущий к саду. Что он пойдет в сад, Абдулали нисколько не сомневался. А по переулку к саду кратчайший путь. Только бы не попался Мустафа в руки полицейских! Где это видано, чтобы охотник уступил свою дичь другому охотнику!
А Мустафа и в самом деле свернул в безлюдный переулок с высокими глинобитными стенами. Тут он вчера проходил с Эльдаром из сада. И вскоре услыхал за собой торопливые шаги. Преследователи больше не стеснялись. Мустафа прижался к глухому забору. Приблизившись, Абдулали выразил изумление:
— Дорогой братец! Вот так встреча! А я уж думал — не найду тебя. Куда ты вчера девался? И почему тут прижался к забору?
Абдулали разыгрывал любезность, а дрожащий голос и тяжелое дыхание выдавали его недобрые замыслы. Да и тот, чужой человек, похожий на кочи, — зачем он тут, рядом?
«Плохо мое дело, — подумал Мустафа. — Живым они меня отсюда не выпустят». Но он и вида не подал, что опасается. Не отвечая на вопросы Абдулали, спросил сам: