Между пальцами скользнул гребешок, шлепнулся в воду.
Варвара схватилась одной рукой за камень, обернулась. У края оврага стоял высокий, плечистый парень в лихо сдвинутой на затылок форменной фуражке. Он чем-то напоминал Кондрата.
— Пугливая птаха! — Парень перешагнул ручей, достал из воды гребешок. — Возьми! Я не волк, не съем. Давай познакомимся. — Он протянул руку. — Тимофей, лесник.
Варвара неуверенно произнесла свое имя и соскочила с камня.
— Ой, меня ждут!
— Муж? — Лесник поднял широкие брови, уставился на нее.
— Что ты! Подруги.
Вместе они поднялись на горку. Девчат на лугу уже не было, ушли домой.
— Не дождались! — обиженно проворчала Варвара. Ей совсем не хотелось оставаться в лесу с незнакомым парнем.
— Не беда… Провожу, — успокоил ее Тимофей.
Варвара хотела убежать, но так и не смогла. Дорога до деревни ей в этот раз показалась почему-то особенно короткой.
На перекрестке, подавая руку, Тимофей сказал:
— До вечера!
— Дорога не запрещена, — ответила смущенно Варвара. — Только я на гулянку не хожу.
— Не велит кто?
— Да нет! — спохватилась она, будто эти слова могли навсегда разлучить их.
— А что же?
— Просто так.
Она шла не торопясь, чувствовала, что Тимофей смотрел ей вслед. Хотелось обернуться, еще раз взглянуть на него, но удержалась.
В сумерках, как только залилась под окном гармонь, Варвара заспешила на гулянку. Лесник уже пришел. Дымя папиросой, он важно вел разговор с парнями. Варвара схоронилась за спины девчат. Но он заметил и шагнул ей навстречу.
В этот вечер они до рассвета бродили по берегу.
3
Утром, выгоняя в стадо корову, Варвара заметила: недавно небо было темно-синим, а теперь поголубело. Над головой высоко-высоко, свистя крыльями, проносились стрижи. Вот-вот они сделают круг и спустятся пониже. Но птицы так и скрылись за грядой леса. Пролетели грачи и тоже не вернулись.
«В леса улетают, — догадалась Варвара. — В стайки сбиваются. Осень…»
С привычным криком пронеслась стая ласточек: «чив-чив-чив…»
— Зовут с собой…
Варвара низко опустила голову, пошла к дому.
— Ты что нос повесила? — окликнула ее Палашка. — Кондрат так и не пишет?
— Нет, — дрогнувшим голосом ответила Варвара.
— Я говорила тебе, женился. Да их, кобелей, удержишь разве…
— Пусть, мне-то что, жалко! — Она прибавила шагу.
— Жалей не жалей, вековухой не оставаться!
У проулка Варвара оглянулась: не следит ли кто за ней? Убедившись, что кругом никого нет, она заспешила к дому Земновых. Но и мать Кондрата не получала от сына весточек.
А лесник не отставал, нашептывал разные ласковые слова. Яр стал их местом встречи. Они подолгу просиживали над рекой, ловили ее немые всплески. Однажды их застал ливень. Они забежали в сарай с остатками прошлогоднего сена. Как только закрылись ворота, Тимофей обнял Варвару и привлек к себе.
— Уйди! — строго сказала она.
— Да что ты? Да я же не просто так, — пролепетал лесник, все крепче стискивая ее.
— Брось, а то… — И недосказала, что это было за «а то…»
Жаркие губы Тимофея закрыли ей рот. Варвара почувствовала сладковатый аромат смолы от его лица, прерывистое дыхание и тяжесть тела. Это случилось неожиданно, но было сладко, кружилась голова, и она обхватила его крепкую, мускулистую шею.
На другой день мать едва разбудила ее.
— Вставай, гулена! — теребила она дочь. — Спишь до которого? Совсем стыд потеряла, до утра углы обтираешь.
Варвара вскочила с кровати. У печки, освещенная ярким пламенем, стояла с ухватом в руках раскрасневшаяся мать.
— Не ругайся, мама, последние денечки с тобой.
— Куда тебя унесет нелегкая?
— Замуж выхожу. — Варвара прислонилась к дверной стойке, виновато опустила голову.
— Будет врать-то!.. — Мать поставила к печке ухват, посмотрела на нее.
— Тимофей вчера говорил.
Мать села на лавку. Корявыми, обожженными пальцами затеребила концы платка.
— Пожила бы в девках. Кто тебя из дому гонит? Успеешь еще намаяться в замужестве. Может, еще Кондрат вернется? — Она рукавом обмахнула с лица пот. — Да правду тебе сказать, не по сердцу мне твой лесник.
— Что мне Кондрат! Кроме него, и на свете никакого нет?
— Ну, делай как знаешь. Тебе жить.
Сыграли свадьбу. Вместе с мужем Варвара переехала на кордон. Постоянный тихий шум леса нагонял тоску. Ее тянуло к людям. Проводив Тимофея в обход, она готовила обед, привязывала к дереву корову и убегала в деревню, к матери.