— Не отец он мне. Но... как я увидела эти шпаги, мечи... — выдыхает Серпентина. И поворачивается ко мне, объясняя: — Отец в молодости любил собирать холодное оружие. В основном сувенирное, целый арсенал. Потом забил на это дело, и у него оставалась комната запертая одна в доме, где он всё это прятал. Квинт подобрал туда ключ, водил меня туда, показывал. Обучал, — Серпентина тепло улыбнулась.
Гюрза откинулась, снова разлеглась на влажной, холодной, покрытой молодым декабрьским снегом земле:
— Квинт... Это его старший брат. Который умер.
— Старший брат Шпынделя, — пояснила Принцесса Змей.
Она хотела мне что-то ещё сказать, но тут вмешалась Кобра. Экс-военная подошла ко мне, встала напротив, слишком близко, и посмотрела в глаза. Ирония была в том, что она ниже меня ростом — просто комплекция такая, я высокая, она более миниатюрная. Но она старше меня раза в два, старше нас всех — Гюрзы, Серпентины. И от её взгляда, колючего, повеяло холодом, подозрительностью:
— Я тоже обратила внимание на твою крутую пушечку. Покажи-ка.
Решив, что снайперша-преподавательница по стрельбе хочет оценить боевые свойства степлера Демоуса, я подала ей, начиная комментировать:
— Это усыпляющий пистолет, там транквили...
Я не договорила, потому что Кобра выхватила степлер Демоуса у меня из рук и... зашвырнула. Я в шоке наблюдала, как моё табельное оружие ТДВГ улетело во тьму. Гюрза удивилась, Принцесса Змей тоже:
— Ты что творишь, подруга?
— А что вы творите?! С кем вы водитесь, кого спасали, соображаете? — в руке Кобры вдруг появился крошечный дамский пистолет.
Я знаю, что это за пистолет, и знаю, насколько он опасен. Моё начальство на Базе обучало меня различным видам огнестрельного оружия. Пистолет был направлен на меня.
— Что за шутки? — смутилась я.
— Кобра, ты что? Это же наша сестра! Какие у тебя претензии к Боа, Кобра, давай решать всё мирно, — Серпентина заговорила спокойно, но устало. Будто она намучилась разруливать конфликты Кобры и прятать после них трупы тех, кого пристрелила вспыльчивая подруга.
А я вылезшими из орбит глазами — от удивления, а не от страха, что меня пристрелят, смотрела на дамский пистолет, на ствол, на дуло.
— Помолчи, подруга. Ты! — теперь Кобра с большим презрением посмотрела на меня. — Ты работаешь на Мори Килло, верно? Это у её шавок и шестёрок такие вот усыпляющие штуки.
Я не знала, как ответить. У Упырей и Ежей с Мори Килло вроде дружба. Ежи, правда, под вопросом. Этот Будвайзер всё спутал мне. Он и за Орнеллу, и за Гесиода Альвареса, и за Геральда Платтера, и сам за себя. С Упырями тоже надо разобраться — что за роль у них в истории с Падом Овашипом?! Но а теперь что тут со Змеями?
— Кобра, если хочешь меня пристрелить — пристрели, — пошла я ва-банк. Поскольку у меня сложилась уверенность — Кобра сейчас меня не пристрелит. Она не похожа на маньячку. Видимо, какое-то недоразумение. Связанное с Мори.
Я вспомнила, что знала об отношениях Мори к Змеям-Боа. Мори пыталась устанавливать с ними контакты — они на контакт не шли. Возможно, у них была или есть причина недолюбливать Мори.
— Нет, Кобра, не стреляй! Боа моя сестра. А значит и твоя сестра. Мой приказ — не смей стрелять в нашу сестру, пока не объяснишься, — Принцесса Змей попыталась закрыть меня собой.
Что у неё с Удавом за глупая привычка — заслонять меня, будто я дитё неразумное? Я мягко отстранила Принцессу Змей и сказала, глядя в глаза Кобре:
— Да, я работаю на Мори Килло. И если у тебя к ней претензии — я понесу ответственность.
— Да, претензии есть! И понесёшь! — рявкнула Кобра и... выстрелила.
Ночь прорезал выстрел, пуля попала в дерево — в то самое, к которому Кобра не так давно привалилась. Гюрза аж вскрикнула и тут же заверещала, вскакивая и кидаясь на бешеную подругу:
— Кобра, остынь! Я уверена, что Боа ни при чём, она новенькая здесь, ничего не знает! Сейчас она нам всё объяснит. Объяснишь же, Боа? Чем ты обидела Кобру?
— Полагаю, не я, а... Мори. Я поправлюсь. Здесь я работаю на Мори, да. А там, откуда я пришла, — моя начальница — Аманда Беллок.
— Кто, Беллок?!
— Внучка Йозефа Беллока, — пояснила я.
Вот и раскололась. Вот и пропалилась. Вот и прощай, конспирация ТДВГ. Но оказалось, это было надо сделать. Кобра изменилась в лице — я даже в темноте увидела, как она побледнела. Она убрала пушку и протянула мне руку:
— Прими мои извинения, сестра. До меня только сейчас дошло, что ты не местная. На Мори у меня зуб, — сухо сказала она.