Выбрать главу

— Если это нужно для дела. Если это приказ, — проговорила я, теряясь.

Когда это Монди умудрилась переговорить с Амандой? Моя родная начальница для меня недоступна, а для Мори — вот запросто, что это за такое?!

— Это приказ, — подтвердила Мори. — Твоего начальства. Не мой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Тогда готова. Какие подробности операции?

— Подробности будут завтра. Наша задача — поймать Платтеров за руку. Доказать всем собравшимся, что Платтеры пытались их убить. Видишь ли, я Элджи вчера сказала о том, кто такие Платтеры для нашего города. Все те люди, которые соберутся на вечере Кремолли, будут заступаться за них, выгораживать — подобно тому, как ты выгораживаешь Конди. Но как только эта расфуфыренная толпа узнает, что Платтеры хотели их выкосить — Платтерам конец. Шанарэ не сможет стать мэром по очень простой причине. Орнелла спонсирует его кампании, даёт ему деньги, он боготворит её и видит своей будущей супругой. Его будут воспринимать как пособника. Скорее всего, ему придётся умотать обратно в Эмерк, откуда он приехал. И к лучшему. И мэром мы поставим Брюса Тенбрука.

— Кто это? — спросила я.

— Бывший прораб, а в настоящем — обыкновенный вор. Но он по крайней мере здесь свой, знает этот город как пять пальцев. И он лоялен ко мне лично.

Хотя, какая мне разница, кто это? Через четыре дня я отсюда уеду и вряд ли когда-нибудь приеду. Наши танресские коллеги мне не очень понравились. За исключением Поля.

Мори опросила меня, кратко обозначила планы на ближайший день и отпустила на четыре стороны. Она сказала, что я пока могу пожить где мне удобнее — либо в доме Дориданов, либо в штабе. В штабе мне жить не очень-то хотелось: без конца народ, коллеги, Конди в любой момент будет домогаться моего внимания. В доме Дориданов жить представляло для меня некоторую независимость и возможность для манёвров. Мори разрешила, только велев мне в случае чего незамедлительно сообщать ей на рацию. Похоже, она снова уверена, что бульдог не нападёт.

Я тоже в этом уверена. На месте Платтеров я бы умотала куда подальше из Танреса после их сегодняшнего ночного провала. Их осиное гнездо рассекретили. Но если они уверены, что у них побывали Боа, которым хватило наглости проникнуть в их крепость — вряд ли они свяжут меня с "нянечкой" маленьких Дориданов. Во всяком случае, надеюсь на это.

Что за "свой" человек из Ежей приглядывает за Платтерами и доносит Мори? Надёжный ли это человек? Узнать бы своего союзника в лицо.

Я зашла в буфет выпить кофе. Хотелось отрубиться часиков на восемь-десять. Но я не могла себе позволить такой роскоши. Я терялась, с чего мне начинать. Кого спасать первого. Мори права. Я вечно всех "спасаю". Нет, я не стремилась как раз кого-то спасать. Так получалось само. Это долг дружбы, товарищества, ответственности. Меня ведь тоже изрядное количество раз спасали друзья, наставники, боевые товарищи, коллеги. А ещё я чувствовала, что в этом городе я не должна быть бесполезной. Не должна сложить лапки и слушаться авторитетную и авторитарную Мори, которая других слушать вообще не желает.

В буфет зашёл Поль Парус:

— Ох, Столичный Агент, подкинула ты нам работёнки, — по его внешнему виду понятно, что он вообще не спал. — Всё сошлось. Эти челюсти. Эти укусы. Это строение стальных зубов. Но как точно, как искусно выполнена работа! Любой таксидермист в пролёте! Это ж надо — так внешне сымитировать робота, чтобы он был похож на собаку! Нападал как собака, кусал как собака, впиявливался в горло как собака! Да ещё и впрыскивал слюну с ДНК настоящего бульдога! Ох, ох, — Поль, кряхтя, подошёл к кофемашине, принялся колдовать над напитком бодрости.

Он продолжал болтать сам с собой, сетуя:

— И всех их пятерых — разом! Одними челюстями, одной махиной. Сейчас его разбирают наши механики, пытаются понять, как эта штука устроена. Искусственный интеллект, управляемый дистанционно. Я всё понял. Я догадываюсь, как он убивал жертв. К моменту нападения он уже был в доме — залезал через дымовые трубы, раскрытые окна, прятался. В назначенный час его активировали, он нападал прямо на жертву. Бульдог, да.

Поль зевал. Снова и снова. Кашлял. Что-то ворчал себе под нос. Я сжалилась над ним: