— То есть мы туда пойдём под видом богатых влиятельных людей? — уточнила я.
— Именно. Тебя мы завтра нарядим в дочь Пьера Эприла, приехавшую из-за границы. Конди будет твоим иностранным женихом, заморским принцем. На вас могут и должны много смотреть. Вы так будете привлекать больше внимания на себя, пока Ратмир, Рогнеда и Симон сделают свои дела. Вы должны играть натурально. Обниматься, целоваться в сторонке.
— ЧТО!? — вылупилась я на Мори.
— Что — "Что?!". Между прочим, это не я решила, а Аманда. Я бы тебя вообще огородила от присутствия во дворце Кремолли. Да и Конди должен быть у тебя всё время на виду.
Я еле удержалась, чтобы не побиться головой об стол. В принципе, удержалась я потому, что биться головой об стол для меня не характерно. Но Конди мигом нахохлился, его волнение ветром сдуло, и он стал поощрительно посматривать на меня, как альфа-самец дутый.
— Ратмир и Рогнеда будут приехавшими из Храббурга бизнесменами, владельцами сети элитных бутиков. Симону не нужно маскироваться, его большинство местных богачей знает как руководящего сотрудника одного из крупных здешних банков. Собственно, поэтому он у нас Клерк. Мы организуем вам пропуска-приглашения, пустим о вас слух среди нескольких лично знакомых мне людей, которые там будут. Надеюсь, вы отдаёте себе отчёт, что больше пятерых я не могу послать на это дело? Мы можем спугнуть Платтеров.
— Я думаю, Платтеры там будут не одни. Там могут быть их охранники, — осторожно вставила я.
— Их охранники — не ваша забота. Ратмир, Рогнеда и Симон займутся ими. Кстати, личную охрану и телохранителей по умолчанию рекомендуется оставить снаружи для такого вечера. Ни журналистов, ни охранников — только все свои. Очень крутая закрытая вечеринка, понимаете? — в который раз повторила Мори.
— Что из себя представляет здание? Есть его подробная схема? Подъездные пути, отходные, чёрный ход, подвалы? — уточнила я.
— Здание находится в самом центре Танреса, недалеко от морга. Построено в семидесятые годы, согласно изначальному генплану. Курировал стройку дедушка нынешнего мэра, который собрался в отставку из-за пожилого возраста. На его место и метит Жан Шанарэ. Имеет один парадный вход и три служебных. Есть подвал, там находятся различные коммуникации, он постоянно закрыт, открыт только для ремонтных служб.
— Платтеры наверняка с помощью этого подвала подберутся со своими бульдогами, — предположила я.
— Возможно. Поэтому в подвал мы тоже наведаемся, обыщем там всё посреди вечеринки, незаметненько так проникнем. Чтобы мы проникли незаметненько, вы на себя внимание и будете отвлекать, — пояснила Рогнеда нам с Конди.
— Как запираются эти двери? — спросила я.
— Автоматика. Поскольку Дом Культуры Танреса — это практически правительственное здание, запор дверей осуществляется как в сейфе.
— Окна пуленепробиваемые, я так полагаю? — осведомилась я.
— Всё так, — кивнула Мори. — Но не для Пираний Демоуса.
— Ясно. В общем, нам с Конди надо отвлекать внимание, Рогнеда пойдёт смотреть подвал, а Ратмир с Симоном в это время прорежут ножом-Пираньей выход из здания, чтобы вывести толпу, когда там всё начнётся, — сказала я.
Мори как-то странно на меня посмотрела:
— Мы не будем резать ничего ножом-Пираньей. Это нарушение конспирации и порча государственного имущества в одном лице. Мы не допустим того, чтобы толпу пришлось выводить. Толпа ничего не заметит.
— Как же тогда вы думаете поймать Платтеров с поличным и доказать их вину? — допытывалась я. — Показать людям, что Платтеры замыслили их убить?
— Мы снимем всё на камеры, на звукозаписывающие устройства. Похитим один из экземпляров Бульдога, предъявим его, фотографии жертв. Мы выведем это всё на большой экран, ближе к концу вечера. Также объявим, что именно Платтеры заблокировали двери, чтобы всех там запереть и подвергнуть гибели, — невозмутимо ответил Симон.
— Нам в этом поможет надёжный человек, — добила гвоздь Мори. — Там будет присутствовать мой личный шпион, который вчера успешно вошёл в доверие к Орнелле Платтер.
— Из Ежей? — уточнила я.
— Из Ежей. Этот человек, можно сказать, спасёт всех и всю операцию. Он истинный герой, — с гордостью добавила Мори.
— Можем ли мы знать имя?
— Можете. Его имя Гесиод Альварес, по прозвищу Обыкновенный.
Я не знала, удивляться мне, или нет. Нет — потому что это было ожидаемо. Гесиод предан Мори. И имел такой вес в глазах своей банды, что отвёл меня, Удава и Шпынделя от стычки, едва я назвала имя Мори. Гесиод мне симпатичен. Но он хитрый, скользкий, себе на уме. Я бы ни за что не поверила ему, не доверила участие в такой операции, как поверила ему Мори. Гесиод безнадёжно влюблён в Орнеллу. Мечтает находиться с ней рядом. Мори ему это обеспечила. Гесиод — враг или друг? Для Удава и Шпынделя — враг. Для Мори — друг. Для Орнеллы — тоже, получается, друг и возлюбленный — то есть наш враг? Или двойной, тройной агент?! Четвертной?!