— Я так и знала, что встречу сегодня либо тебя, либо его.
Под "его" она, должно быть, подразумевала Конди. Голос её нарочито спокоен. Такой же обволакивающий, приятный, манящий, который хочется слушать вечно. Представляю, насколько потрясающе она, должно быть, поёт.
Должно быть.
Никто никому ничего не должен.
— Принцесса Змей, нужно поговорить. Возможно, последний наш разговор, — я тушуюсь.
— Давай поговорим.
— Могу пригласить тебя к себе, тут недалеко пройтись, ты знаешь, где дом Дориданов, — предлагаю я.
— Не нужно. Можно вот тут, — Серпентина указывает на кафе, в котором я только что сидела. Поясняет: — козырное местечко.
Я верю ей. В Сливовицу её вести я бы не решилась. А кабак, где заправляет бабушка Аврелия (и Квинта, царствие ему небесное), находится у чёрта на куличках. Мы заходим в кафе, садимся. Уточняю на всякий случай, шёпотом:
— Тебе нормально так — передвигаться по городу?
— Меня знают многие здешние сотрудники. Знают те, кто должен знать, с той стороны, с какой должны знать, — объясняет кратко она и загадочно улыбается.
Но не смотрит на меня. Её взгляд расфокусирован. Она погружена в себя.
— Принцесса Змей. Я... мне... ведь я всё ещё в банде Боа, всё в силе? — решаю я уточнить. Получилось скомкано и несмело.
Мы, вроде бы подруги, "кровные сёстры", а сейчас смущали друг друга.
— Всё в силе, — лаконично отвечает она.
— Я могу просить Боа о помощи? Как Змея — Змей, своих сестёр, жён, дочерей и матерей? — шёпотом спрашиваю я. С замирающим сердцем.
Принцесса Змей долго не отвечает. Потом начинает как бы издалека, с неохотцей:
— Кодекс есть кодекс. Ты победила меня в честном бою, тебя к нам направили Великие Змеи. Ты сильно помогла нам, и мы у тебя в долгу. Да, ты можешь просить о помощи.
— Вы уже отплатили долг. Вы выручили меня во Дворце Грёз, — возражаю я.
— Это не отплата. Это проверка. Гюрза и Кобра засомневались в тебе. Мы подумали, что ты Ёж. Шли по твоим следам, чтобы следить, а не чтобы помогать. Мы не планировали эту вылазку.
— Ясно. Не будем ворошить прошлое, — кивнула я. — Итак, я прошу у вас помощи, Боа. Ты можешь отказаться. Поскольку не должна мне помогать. Ты ведь... собралась уезжать?
— Да. Сегодня ночью мы снимаемся. Я шла, чтобы проверить свою Судьбу. Шла поговорить с молодым человеком. С Конди. Он мне интересен. Чувствую нашу близость душ, и что что-то может зародиться. На духовном уровне.
— Сегодня ночью. Вы — это Боа?
— И Упыри, — кивнула Принцесса Змей.
— А я остаюсь. И если вы снимитесь, мне придётся дать бой Платтерам в одиночку. И Ежам дать бой тоже придётся в одиночку. Не считая Конди. Но у Конди не так много опыта, ему самому нужно будет во многом помогать, присматривать за ним. У меня в рюкзаке — план Дома Культуры, подземных коммуникаций, как туда проникнуть из канализации. Это будет единственный проход, потому что мы знаем, что Платтеры запустят туда толпу гостей и запрут двери. Чтобы устроить кровавое шоу. Да, ты можешь сказать, как и Шпындель с Удавом — "уезжай, Клотильда-Боа, возвращайся в свой Укосмо". Но я не могу уехать. Не в работе дело, не в начальстве, не в том, что я не могу ослушаться приказа. Серпентина!
Мне казалось, она меня не слушает. Её руки лежали перед ней на столе на локтях, она смотрела на что-то внизу — в никуда. Я резко схватила её за запястье и заставила посмотреть её себе в глаза:
— Принцесса Змей. Можете отложить ваше бегство хотя бы на одну ночь? С третьего на четвёртое декабря мне очень будет нужна помощь. Боа и Упырей. Не уверена, что смогу остановить Платтеров в одиночку. Я же не супергероиня из комиксов. Мори посылает туда всего пятеро наших. Двое — это я и Конди. Мне не жаль, если мы погибнем — тут уж мне пенять на себя, сама напросилась. Но мне будет жаль, если Платтеры победят.
Серпентина посмотрела на меня, потом задумалась. Надолго. Я молчала, ждала, не торопила её. Внезапно она призналась: