Я ничего не спрашиваю, но мне очень любопытно. Скоро я удивляюсь — мы дошли до схрона!
— Это же схрон!
— Да, схрон.
— Так недалеко?!
— Земля как планета вообще маленькая. Пойдёшь в одну сторону, и через какое-то время вернёшься туда же, откуда пришёл, — изрекает он как мудрец. — У тебя случайно нет твоей замечательной отмычки?
— Э... нет. Я же не на спецзадании. Хотя это не правильно, — качаю я головой.
— Не страшно. У меня есть. Тётя сегодня снабдила. Занятная штука. Подожди-ка здесь, — он показывает на бревно недалеко у схрона, где можно присесть. Я сажусь, на мне всё ещё его куртка.
Через какое-то время он возвращается с тёплым пледом и небольшим пучком дров и хвороста. Забирает свою куртку, на меня накидывает плед. Мы разжигаем костёр. Он приносит чайник и походные кружки. Потом он садится рядом, и снова его тёплая рука притягивает меня к нему. Мы молчим вдвоём, ждём чай. Нам приятно и тепло. Свет огня падает на его лицо. Он улыбается, прикрыл глаза от абсолютного блаженства, вытягивает ноги. Я тоже прикрываю глаза и улыбаюсь.
Его объятия очень галантные, целомудренные, дружеские. Хоть и очень тесные и крепкие. Я знаю, что мы сегодня ночью тоже ни разу не поцелуемся. Дело не в том, что мы коллеги. Между нами установились такие отношения с негласной границей. Близкие, тёплые. Мы не хотели их развивать во что-то большее, да и не совсем это уместно. Удав понимал. Я понимала. Он вор и отвязный, кое-где опасный парень. Пусть и ставший сутки назад секретным агентом ТДВГ и моим коллегой. Я "примерная девочка", если так посмотреть. Он из Танреса, здесь его территория, его проблемы, его решения, его задачи. Я из Укосмо.
Мы можем дружить на расстоянии. Мы должны дружить на расстоянии. Сегодня последняя ночь, когда мы так близко друг к другу сидим, физически близко. Но мы, не сговариваясь, ощущали одно и то же — мы близки друг к другу духовно, и этого у нас не отнять. Удав вошёл в мой "ближний круг". Я всецело доверяла ему.
Я очень хотела приехать в Танрес ещё раз и увидеться с ним. Не один раз, конечно же! Но я знала пиратскую поговорку или примету — пираты не возвращаются в те места, где им было очень хорошо. Я была пиратом, до мозга костей. Люди приходят в нашу жизнь. Кто-то остаётся надолго, кто-то на один вечер или на одну неделю. У меня в жизни уже было куча людей, с кем я подружилась за один вечер, за один час, так же чувствовала близость душ — но кто также плавно ушёл из моей жизни, как и я из их жизней.
— Скажи, Удав, почему ты решил тогда подойти ко мне? — спросила я, наслаждаясь морозной ночью, тёмным заснеженным лесом вокруг, костром и тем, что меня греют руки друга.
— Ну, ты стояла там. Такая удивительная, необычная. Во мне что-то щёлкнуло, я тебя увидел и решил просто подойти познакомиться. Нет, ты не думай, что это любовь с первого взгляда! — хохотнул он.
— Да это и не может быть любовью с первого взгляда, ты же сзади подкрался, а глаза на затылке у меня ещё не выросли, — хихикнула я.
— Ага, знаю, любовь с первого затылка! — мы хором рассмеялись, и нам в рот попала смешинка. Мы очень долго смеялись. Он сказал:
— А так, по-честноку, меня что-то толкнуло к тебе. Какой-то голос внутренний — подойди вон к этой девчонке, она тут первый раз — я же знаю всех Боа и тем более всех своих Упырей. Подойди и предложи выпить. А там шумно было, и я, чтобы привлечь твоё внимание, решил сразу перейти к... гхм... к жёсткому физическому контакту.
— Мне так это понравилось, — призналась я.
— Я знал, что тебе понравиться, и поэтому сделал то, что сделал. Не каждый человек позволяет незнакомцам бухать руку себе на плечо, я рисковал!
— О, очень! Я ведь умею драться.
— Я это знаю.
— Но ты дерёшься лучше, поэтому будешь учить меня! — напомнила я.
— Первое письмо — завтра вечером, — напомнил он. — Так, кипит чай.
Удав осторожно взял чайник, разлил в кружки. Через минуту мы уже наслаждались ароматом крепкого походного чая. Мы снова молчали вместе и получали от этого удовольствие.
— У нас совсем разные миссии. Не представляю, что ты проворачиваешь в Укосмо, должно быть, что-то очень крутое, раз тебя сюда командировали и раз ты уже не стажёр. Но у нас тут тоже жарковато. Эта зона Колокольчиков. Мы много слышали слухов, домыслов, но ничего не знали о ней. Папа признался, что наша деятельность — деятельность Упырей — была во многом направлена против тех, кто составляет эти все тайные общества. Кто хочет нового мирового порядка. Он учил меня, что мы Упыри, потому что сильные мира сего вроде бы убивают свой народ, угнетают, используют, но кое-кто восстаёт среди мёртвых. Просыпается, пробуждается. Теперь ещё подвалила работёнка от вашего... то есть нашего филиала с этим порталом. Но мы справимся.