— Господин Парус? — окликнула я, привлекая к себе внимание.
Человек вздрогнул, чуть не выронил бутерброд и вгляделся в лицо покойника. Тут я поняла, что он вскрывал женщину.
— Господин Парус, я пока ещё живая! — пояснила я.
Тогда человек — а это был точно мой коллега, наконец понял, что я стою в дверях, и удивлённо уставился на меня:
— Мы знакомы?
Он мне сразу понравился. Реально мировой дядька. Такой уже в возрасте, лет за пятьдесят. Именно таким я себе и представляла коллегу-патологоанатома из Танреса. Я вошла и поспешила представиться:
— Клот Итчи, из Укосмо. Прозвище Сорвиголова. При исполнении, — протянула руку.
— О... а, да! Столичный агент, понял, — улыбнулся Поль Парус. И назвался: — Поль Парус, прозвище Мачта. Мало фантазии было, когда называли. Парус, Мачта — хорошо, что не Гальюн! Агент Гальюн — звучало бы не очень солидно, верно? Заходи! Хочешь гамбургер? — гостеприимно предложил коллега.
Конечно же, руку мне пожал, и даже снял вежливо перчатку. Продолжал при этом рассматривать меня изучающе, заинтересовано и очень доброжелательно.
— Я заехала познакомиться. Мы с Пятницей были уже в главштабе, — пояснила я.
— О... чертовски приятно! Пятница говорила, что она приехала с супер-телохранителем. Вот я и хотел посмотреть, что за телохранитель такой! Теперь вижу, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Весьма польщён твоим вниманием, Сорвиголова! — искренне улыбнулся Парус-Мачта.
У нас, агентов, принято общаться друг с другом сразу на "ты". Но этот человек мне в отцы годился... если не в дедушки. Поэтому я немного стеснялась пока к нему как-то обращаться и старалась построить свою речь так, чтобы не говорить ни "вы", ни "ты".
— Я бы хотела взглянуть на труп.
— О, этот? — Поль подошёл к мёртвой даме, которую вскрывал, и продемонстрировал: — Женщина, сорок четыре года, умерла предположительно от ишемической болезни сердца...
— Но у неё не повреждена шея, — удивилась я. — Я думала, что это труп, один из тех, кого покусали.
— Ах, вот как! — коллега-патологоанатом вздрогнул и посмотрел на меня с некоторой примесью суеверного ужаса — будто я некромант и пришла поднимать эти тела. — Их уже отправили, к большому сожалению. Последний отправили позавчера. Ты опоздала, столичный агент.
— А сохранилось заключение? И вообще, есть ли досье на эти трупы? То есть на этих людей, до того, как они стали трупами? — допытывалась я.
Сама я очень волновалась. Сейчас Поль Парус наверняка начнёт выспрашивать — зачем это мне, есть ли у меня полномочия. Ещё заявит, что я слишком молода по возрасту для оперативного агента, что я стажёр, и вообще ему стукнет в голову, что я должна сидеть с детьми — а раз я тут болтаю с ним, значит, нарушаю субординацию... При мне начнёт звонит Элджи как моему куратору или тем более Мори. Но этого не случилось. Удача каким-то образом пока благоволила мне.
— Есть досье. Сейчас я тут закончу, пройдём ко мне в кабинет. Нормально чай попьём, я хотя бы подогрею тебе гамбургер в микроволновке. А то ты, может, не хочешь его, потому что он холодный. Холодный гамбургер — мёртвый гамбургер!
— Могу ли я чем-то помочь? — предложила я.
Поль задумался на некоторое время. Потом согласился:
— Да, пожалуй. Возьми-ка вот это, — подал мне скальпель. — Подержи. Так. Теперь надрежь вот тут, осторожненько, а я пока наведу увеличительное стекло...
Несколько минут превратились в мастер-класс по вскрытию. Поль научил меня резать людей, кратко рассказал об анатомии. Было гораздо интереснее, чем в школе. Я задумалась — не пойти ли мне после школы учиться на патологоанатома? Когда мы закончили и переместились в небольшой кабинет, я уже менее стеснялась обращаться к Полю на "ты". Моё первое впечатление подтвердилось: он и впрямь оказался мировым дядькой.
— Вот досье на этих людей, — протянул он мне. — Ты, должно быть, ещё не видела их, только слышала? Что ж, один раз лучше увидеть. Досье, я имею в виду, не тела. Тела — это ужас был. Моего санитара стошнило, я отправил его в отпуск. У нас в Танресе редко такое бывает. Вопиющий случай. Мы как могли скрывали всё от прессы, старались максимально корректную косметику навести на трупы, чтобы родственники могли их нормально похоронить. Я сам бы проделал такое с человеком, натравливающим собаку. Вскрыл бы его заживо, и собаку заодно.