— Да, Говард Рево, владелец сети казино, — вспомнила я.
— Вот-вот, он, да. Может быть, он и опознает убийцу. Вспомнит, кто на него косо смотрел.
— Последний, кто остался из Танреса — Эрнест Доридан, — напомнила я. — Он уехал в Эмерк. Пока он там, мы должны здесь завершить расследование.
— Он тоже может опознать убийцу. Я говорю — собрать всех, выколупать из их жилищ, и устроить следственный эксперимент, опознание.
— А где в Танресе находился клуб "Бульдог"? — спросила я между делом. Конечно, такую информацию я могла бы получить и от Элджи, но зачем её отвлекать лишний раз, когда есть Поль?
— Он находился весьма близко от штаба, по иронии судьбы, — улыбнулся коллега. — Улица Булочников в самом начале поворачивает на улицу Слив. Моя бабушка пекла мне в детстве пирожки со сливовым вареньем — тот перекрёсток я про себя называю Перекрёстком Бабушкиных Пирожков. На улице Слив, в доме девять, и находился клуб "Бульдог".
— Сейчас что там находится?
— Сейчас? Гостевой дом. Дом, который можно арендовать. Ещё там проходят всякие тусовки местной золотой молодёжи. Вроде нетворкинг-вечеринок. Клуба "Бульдог" там давно нет. Он прекратил своё существование со смертью владельца-основателя, десять лет назад. Вернее, затух он ещё раньше, а десять лет назад о нём вообще забыли.
— То есть владелец, Гейбл Лакрис, основывал для мест сборищ этого клуба тот дом, на улице Слив?
— Конечно, он должен был выбрать какое-то место! Не дома же у себя всех собирать?
— Ну, не знаю. Бизнесмены-то все разные бывают, — пожала я плечами.
— Да, ты права, столичный агент, есть и такие, которые собирают клубы в собственных замках, зданиях им принадлежащих.
— А эта гостиница тоже принадлежала Лакрису?
— Возможно. Я не вдавался в подробности. Мы, должно быть, не там ищем, раз пока не можем найти убийцу. Мори наверняка тысячу раз проверяла этот гостевой дом, то, что там сейчас, и кому он принадлежал и принадлежит. Хочешь — тоже проверь. Незамутнённый, не замыленный взгляд со стороны будет оптимальным. Тем более, взгляд столичного агента, — польстил мне танресский коллега-патологоанатом. И повторил: — И всё-таки моя версия — искать человека не местного. Из тех, что уехали за рубеж, из тех членов прошлого, экс-клуба. Экс-Бульдога, м-да.
Проверить это место стоило. Пообщаться с теми, кто там есть. Со служащими, старожилами. Я уже продумывала легенду. Почему бы мне не выдать себя за журналистку? Скажем, за студентку, которая где-то учится и собирает материал для диссертации. Выдали же меня за няню-телохранителя, почему я не могу побыть журналисткой? Надо подготовиться к визиту.
Ещё мне не терпелось ознакомиться с досье, которыми меня любезно снабдил Поль. Чрезвычайно ценная информация! Узнать побольше обо всех жертвах дорогого стоит. Вдруг я найду нечто такое, что подскажет мне, кто убийца, или в каком направлении действовать, чтобы помочь коллегам?
— А вот ты сама как думаешь, кто убийца, столичный агент? — неожиданно спросил меня Поль.
— Я никак пока не думаю, — честно призналась я. — Я только вчера приехала, из совсем другого мира. Тут другая планета. Свои порядки. Элитная мафия, которая дружит с местной главой ТДВГ. Аномальный бульдог, который самостоятельно проникает в дома, загрызает жертву и неуловимо исчезает. И этот клуб Бульдог, от которого ноги растут. А также пять трупов и то, что ТДВГ до сих пор не нашли убийцу. У нас в Укосмо за такое отдают под трибунал... в смысле, меня бы давным-давно отдали уже после второго трупа, если бы убийца к тому моменту не был найден.
— Что поделаешь, планета под названием Провинция, — развёл руками Поль, из солидарности со мной. — Может, вас и прислали из столицы, чтобы вы нам помогли? И кое-чему обучили нас, уму-разуму.
— Ещё копать и копать. Но я бы начала с клуба Бульдог. Все жертвы были членами этого клуба. Глава клуба Лакрис умер. Так может, их убивает кто-то из родственников Лакриса? Или из чувства мести: например, Лакрис был убит таким изощрённым образом, что на него натравили его же собаку. И теперь кто-то решает избавиться от предполагаемых заговорщиков. Но я так могу размышлять бесконечно, — теперь уже я развела я руками.
— Лакриса уже кучу раз проверили и перепроверили. Мори взялась за него в самую первую очередь. Да, у Лакриса были недоброжелатели и немало, у него был скверный характер. Родственников у него нет. Кроме разве что Жана Шанарэ, нашего многоуважаемого будущего мэра.