— Мэра? — удивилась я.
— Пока ещё не назначенного. А кандидата на пост. Жан Шанарэ всю жизнь прожил за границей. И мало имел связей с дядей, более того, они почти не общались. Кстати, вот он сравнительно недавно, около пяти лет назад приехал в Танрес. Не он ли натравливает бульдога? Это интересная версия... Но с другой стороны, зачем ему это делать, ведь предвыборная компания, репутация и всякое такое... — размышлял вслух Поль.
Я отметила про себя эту информацию. Взглянула на часы — слишком уж я задержалась тут. Мне нужно проверить детей. Я уже начала нервничать, что оставила их одних. Хоть я сначала и бахвалилась, что спокойно можно оставить их часов на пять — прошло всего часа два, а я уже места себе не нахожу.
— Жан Шанарэ был членом клуба Бульдог? — уточнила я, твёрдо наказав себе, что это будет последний мой вопрос.
— Нет, — покачал головой Поль. — В списках, которые восстановили по памяти Эрнест Доридан и Говард Рево, Шанарэ не было. И на тот момент он жил за границей, с семьёй, был уже богат, самодостаточен. В Бульдог поступали только те, кто имел намерение разбогатеть.
— Поль, я благодарю тебя за предоставленные сведения. Мне нужно бежать, чтобы их обдумать.
— И я тоже благодарю тебя за компанию, столичный агент. С мёртвыми общаться интересно, они внимательно слушают. Только не отвечают, в отличие от живых — поэтому интереснее с живыми. И я вижу, у тебя железная хватка, стальные нервы, ты не боишься крови и кишок. Пойдёшь ко мне ассистентом? Прежнего уволю, тебя возьму, не вопрос!
— К сожалению, не смогу. Я же всё-таки столичный агент. Моя миссия здесь закончится, и я отправлюсь в свою столицу, — с сожалением улыбнулась я.
— Оно и точно, — закивал Поль. — Да, жаль, жаль. И завидую вашему столичному судмедэксперту, что ты с большей вероятностью станешь его ассистентом, чем моим!
Мы с Полем пожали друг другу руки, я спешно засунула досье в рюкзак и рысью побежала прочь из морга. Вышла из здания, завернула за угол, там стоял велосипед Карла, в тенёчке. Стоит, отлично! Небо нынче хмурое, скоро польётся дождь. А может, и обойдёт стороной, вижу просветы непривычной для ноября голубизны на западе.
Если нравится история, комментируйте, ставьте звёзды. Не забудьте подписаться на меня, у меня много книг. Очень много. И все неформат — такого вы ещё не читали :)
12. Настырный мужчина
Отцепляю подножку, удерживающую велосипед в стоячем положении-равновесии, ставлю ногу на педаль и слышу:
— О, Клот!
"О нет..." — успеваю подумать, ещё прежде чем до моего воспалённого полученным от Поля потоком информации, идей и волнением сознания доходит, кому принадлежит этот оклик с придыханием, разносящийся весьма близко.
Как там Элджи сказала? Есть хватка, сносный сыщик, подаёт надежды. Да уж. Так тихо и незаметно подкрасться ко мне должен уметь, пожалуй, мастер своего дела.
— Это невероятно! Я так хотел с тобой встретиться, и вот я тебя увидел!
Конди снова подошёл близко. Он выше меня, пришлось смотреть на него снизу-вверх. Из подчинённой, так сказать, позиции. А с каким бы удовольствием я посмотрела на него сверху вниз!
— Привет, — мрачно поздоровалась я. — Ты к Полю приехал?
Он не ответил, а переключил всё своё нездоровое внимание на меня:
— Как же я рад, что вижу тебя снова! Это судьба, нам нужно продолжать знакомство! Мори напугала меня, что ты безвылазно будешь сидеть в этом ужасном доме. И что мы не увидимся. Я хотел к тебе приехать, мне сказали, что я напугаю детей. Это правда? Может быть, договоришься с детьми, скажешь, что я тоже телохранитель, твой напарник? Ой, так ты ездила к Полю? Что-то случилось? Всё в порядке? Как прошла эта ночь? А сейчас с кем дети?
Вот его последний вопрос мне очень не понравился! Очень-очень. Потому что он мог наябедничать Мори и Элджи, что я сую нос не в своё дело. Хотя бы в качестве мести за то, что я его отвергаю. Вообще, он мне показался довольно скользким. Мои руки в этот момент сжимали руль велосипеда, одна нога была на педали. Конди вдруг положил свою большую, неестественно горячую ладонь поверх моей руки:
— Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Только скажи. По любому случаю. Если тебе станет страшно, или скучно, или...
— Конди, — я с трудом удержалась от того, чтобы не ударить его. Рукой крепче сжала руль. Он же слегка сжал сверху мою руку. — Я сейчас очень спешу, — вкрадчиво произнесла я.