Он тоже глотает из фляжки, а потом передаёт Удаву. Удав глотает, передаёт мне.
Мне бы сказать — "Извините, ребят, больше не хочется" — но почему-то я не говорю, а снова пригубливаю. Перед глазами всё расплывается, тело окатывает тепло и приятная внутренняя дрожь, эти двое полупьяниц-полубанитов кажутся мне очень симпатичными, почти родными или друзьями. Должно быть, наложилось на остатки дармового виски.
— Отменное пойло, — комментирует Удав. И внезапно очень вежливо говорит мне, интимно и доверительно приблизившись: — Ты не подумай, что мы какие подзаборные алкаши, у нас просто сегодня праздник.
— Да, мы не пьём, не курим, не ругаемся матом. Пьём вот только на Фестивале Упырей, — также доверительно поясняет Шпындель.
Они довольно сильно ко мне приблизились, Удав снова кладёт мне руку на плечо. Но у меня нет ни малейшего желания отстраняться или возмущаться. Наоборот, я чувствую себя в доску своей здесь. Я пришла на праздник, меня тут приняли, это круто!
— Фестиваль Упырей? — переспрашиваю я, смотря на молодых людей. — Что это за праздник?
— Он проводится каждый год, в ночь на двадцать девятое ноября. Мы собираемся здесь и прославляем Принцессу Змей. Единственный день в году, когда она разрешает Змеям и Упырям совершать сделки напрямую, — объясняет Шпындель.
Я мало что понимаю. Удав, видя моё замешательство, договаривает:
— В остальное время мы можем совершать сделки только через наших боссов. И не все сделки боссы одобряют. Но только не на Фестивале Упырей. А двадцать девятое ноября Принцесса Змей выбрала сама. Именно в этот день пять лет назад она встретила Царя Упырей, вызвала его на поединок и победила.
— Ого! Принцесса Змей — это богиня? — спрашиваю я.
— Для змей — да. Для меня лично — да, — горячо заявляет Удав, кладя руку на сердце.
— А Царь Упырей?
— Это наш босс, — кивает Шпындель.
— Э... то есть вы — Упыри?
— Да.
Картинка складывается в моём мозгу быстро, по кусочкам.
— Змеи... Боа? — изрекаю я.
— О, а ты в теме! Выпей, твоя очередь, — Удав протягивает мне фляжку.
И в третий раз я не отказываюсь. Он приобнимает меня за плечи, мы стоим и смотрим, как танцует девушка-блондинка с короткими изогнутыми мечами или саблями. Удав стоит справа от меня, Шпындель слева. Значит, Упыри и Боа. Две дружественные банды. Интересно, что у них тут за дела, и вообще, мне всё становится особенно интересным!
— Так откуда ты знаешь про Боа? — спрашивает меня Удав.
— Слышала, — честно говорю я.
— Из каких ты краёв? — Шпындель догадался, что я не местная.
— Укосмо.
— О, далеко тебя занесло, — усмехается Удав. — И ты, я полагаю, хочешь вернуться домой живой?
— В данный момент не особо тянет. Здесь тоже хорошо, — улыбаюсь я.
— Ты бывалая, значит? Тебя на мякине не проведёшь? Стреляный воробей, значит, да? — уточняет Шпындель с вкрадчивой улыбкой. Всё это время он меня заинтересованно рассматривает.
Я улавливаю контраст между его внешним видом и обхождением. Внешне — горилла с явно криминальными наклонностями, сила есть ума не надо — а изъясняется интеллигентным, чистым языком. Чем-то напомнил моего одного школьного товарища из параллельного класса — Джиллса. Джиллс тоже по габаритам не маленький, драчун, бандюган-хулиган, но для друзей и среди друзей просто душка, а с девушками и вовсе очень галантный. Что касается Удава — такой он весь отвязный-развязный, хитрый, напористый, но обаятелен и харизматичен. Он мне начинает нравиться.
— Кому как, — немного теряюсь я, не зная, что тут сказать. Скромно улыбаюсь.
— Вот мы и проверим скоро, — улыбается Шпындель и потирает громадные ладони.
— Как тебя звать-то? — спрашивает Удав.
— Сорвиголова.
— Ого, видал? — Шпындель улыбается шире. — Я ж говорю — бывалая!
Тем временем девушка закончила танец. Она снова подняла медленно и степенно руку, и музыканты с певцами затихли. Все зрители, включая моих новых товарищей Удава и Шпынделя, замерли, смотря.
— Момент истины, — шепчет Удав.
— Сейчас решится, я выиграл или ты, — шепчет Шпындель.
Тут эта девушка делает неуловимый, непонятный жест рукой, будто колдует, выводит пальцами в воздухе какие-то знаки. Зрители восторженно и удивлённо выдыхают.
— Вызов, вызов! — слышится со всех сторон.
— Вызвала. Ты выиграл, — говорит Удав, но в его голосе нет досады, что он проиграл какое-то пари.