Это она провозгласила громко, вывела меня на особо светлое место, подняла мою руку, вторую властно простёрла. Я всё ещё думала, что участвую в шоу. Торжественно запели певцы, зазвучали снова барабаны, бубны, флейты, гитары. Над лесом раздался приветственный рёв.
— А сейчас продолжим праздник! Веселитесь! Да будет Фестиваль Упырей!
19. Воля Великих Змеев
Что было потом? Потом меня приветствовали и чествовали. Я ничего не понимала. Я шла на ватных ногах, даже забыв о том, что во многих местах моё тело болело от синяков. Кто-то жал мне руку, кто-то мне что-то говорил приветственное, кто-то что-то спрашивал, я не помню что отвечала. Пока не оказалась буквально в охапке у Удава и Шпынделя.
— Ну ты даёшь, гладиатор! Не, вы видали, а?! Она одолела Принцессу Змей! Такого не было со времён, когда её одолел я! Да и до меня тоже такого не было! Принцессу Змей не могли одолеть даже Шпындель и даже Царь Упырей. Как тебе это удалось?! — Удав приставил меня к дереву, орал в восторженном восхищении и тряс за плечи.
— Это воля Великих Змеев, — подсказал Шпындель. — Отпустил бы ты её. После того, как она побила саму Принцессу Змей — я бы не рискнул с ней связываться, — Шпындель, подмигнув мне, почти силком отстранил Удава от меня и вручил мне фляжку: — Угостись, воинственная леди Боа. Добро пожаловать в банду Боа. Хотя я бы не отказался видеть тебя у нас в банде, да вот Принцесса Змей тебя уже нам не отдаст.
Я пока мало что понимала. Но фляжка была очень кстати. Глотнула из неё. Тут во всём этом без ста грамм не разобраться!
— Но я тоже побеждал Принцессу Змей. Значит, теоретически, Сорвиголова мне не угроза! Если Сорвиголова победила Принцессу Змей, значит, я могу тоже победить? Сорвиголова, ты бы хотела сразиться со мной? — Удав снова подскочил ко мне, но на этот раз не тряс, а просто крепко взял за плечи и заглянул в глаза.
— Если прямо сейчас — считай, ты выиграл, — выдохнула я.
— Нет, мы устроим честный бой. Когда ты отдохнёшь. А может, и на следующем Фестивале Упырей, — Удав притянул меня к себе и крепко обнял. Я была не против, потому что меня не держали ноги. Так что я почти навалилась на него, но он тоже был не против.
— Так значит, это и была Принцесса Змей? — дошло до меня. Пьяницы вообще хорошей сообразительностью не отличаются.
— Да, это и была Принцесса Змей, — ответил Удав. И внезапно признался: — Когда-то я был влюблён в неё. Безнадёжно. Она не подпускала к себе никого. Но несколько лет назад, во время Фестиваля Упырей я принял её вызов, и победил. С тех пор я стал носить имя Удав. Но формально остался с Упырями. Я имел право по сделке перейти в Боа, и они не имели права мне отказать — по этой же сделке. Но я не пошёл туда. Потому что у нас ничего бы не вышло.
Он произнёс это так грустно, что я подумала, что он до сих пор влюблён в неё. Меня он по-прежнему крепко прижимал к себе, и это были такие братские, доверительные объятия.
— В Боа Принцесса Змей приглашает только женщин. Но когда Фестиваль Упырей, теоретически кто-то из наших может к ним переметнуться, — подсказал Шпындель.
— Но вы же и так вроде союзники, — удивилась я.
— Мы, — поправил Удав. — Мы с тобой сейчас и здесь союзники, — он прижал меня теснее. Стало совсем хорошо. Он казался мне старым другом, которого я знала всю жизнь.
— А почему в Боа только женщины?
— О, это долгая история, Сорвиголова-Боа. Но мы тебе расскажем. Раз ты полностью теперь наша, — Удав отпустил меня, но тут же снова приобнял за плечи. — Шпындель! Сгоняй-ка за мясом. Пора б закусить.
Мы сели на поваленное дерево, чуть в стороне от лесного действа и буйства. Снова неистово заливали музыканты, пели певцы. Меж костров прыгали акробатки, бегали файерщицы, большинство тех, кто был зрителем, плясали. Кто-то, как и мы, тоже вёл свои беседы не на самой поляне, а меж деревьев.
— Эта история началась пять лет назад, — начал Удав. Его взгляд блуждал по тем, кто танцевал на поляне. Наконец он увидел Принцессу Змей вдали — она беседовала с одной из акробаток. Потом он от неё взгляда уже не отрывал — даже когда пришёл Шпындель и сунул ему в руки дымящийся кусок баранины.
— Принцесса Змей была тогда ещё не Принцессой Змей. Ей было всего двенадцать, когда она встретила Царя Упырей и победила его. Наверное, тебе это кажется невероятным — двенадцатилетняя малявка расправилась с матёрым бандитом со стажем. Но тебе надо было просто знать её.
На этом месте Шпындель принёс еды и присел рядом, с другой стороны от меня. Бревно под нами издало жалобный треск, прогнулось, накренилось. Я тоже чуть накренилась, Шпындель поймал меня: