Конди ввёз велосипед на территорию. Ворота мягко за ним закрылись. Мне пришлось одеться — накинуть куртку, и выйти к нему. К моему удивлению и тайной радости, он оставался у ворот, с внутренней стороны, то есть не делал попыток приблизиться к дому. Увидев, что я вышла, он принялся ещё более радостнее махать мне руками. Идя в его сторону, я содрогнулось — цветов при нём нет, но вдруг он привёз кольцо!? Наверное, со стороны мои мысли казались смешными. Но мне в тот момент было совсем не смешно.
— Клот, как я рад тебя видеть! — принялся рассыпаться он в приветствиях. Он смотрел на меня так, что поглощал глазами, и еле удерживал желание взять меня за руку и поцеловать. Видимо, не сделал это только по причине моего весьма свирепого и воинственного взгляда.
— Я тоже. Привет. Что-то случилось? — в моём голосе не было ни капли радости. Дежурное любопытство. Но Конди это не смутило.
— Я тут катался, мимо проезжал. Покатушки в конце ноября — оригинальное занятие, скоро выпадет снег, и кататься уже не придётся. В этом году нам повезло с погодой, до последних чисел ноября нет снега и можно кататься. Ты катаешься на велосипеде? Я бы мог тебе предложить свой второй велосипед, чтобы как-нибудь покататься, завтра или послезавтра, что скажешь? — Конди продолжал поглощать меня глазами.
— Я бы с радостью, только, понимаешь ли, у меня двое детей. Это моё задание. Я не могу их оставлять часто и без надобности, — объяснила я.
— Но мы можем договориться с Мори, чтобы она подослала замену, — возразил Конди и заговорил так, что мне слова не дал вставить: — Мы попросим, чтобы Мори отвезла детей в другое место. Она упомянула, что такое место у неё есть, как раз на случай непредвиденной ситуации, или если ситуация наступит критическая. Я бы с радостью покатался с тобой. Сегодня, к сожалению, я ненадолго. Заехал удостовериться, что с тобой всё в порядке, пожелать тебе спокойной ночи и сладких снов. Но я мог бы заехать к тебе завтра, завтра я свободен весь день. Что скажешь на это?
Я несколько опешила от такой наглости и такого нахрапа. И растерялась. Конди же воспринял моё молчание не совсем корректно:
— О, я вижу, что ты соглашаешься! Я заеду часа в два. До этого времени я попрошу Мори, чтобы она забрала детей. Мы с тобой прогуляемся ко мне домой, я живу на улице Слив. У меня там есть велосипед, возьмём его, поедем кататься! Будем кататься, завтра кстати последний ясный хороший день, а вот послезавтра обещают плохую погоду, снег с дождём. Как тебе такой план? Не можешь в два — давай в три. Ну так что, во сколько, в два или в три? Выбирай! Видишь, я предоставил тебе свободу выбора!
Конди снова поглощал меня глазами, улыбался, а ещё он умудрился снова неприлично близко приблизиться ко мне. Отступать и делать шаг назад я не намерена. Я стояла, железными глазами буравя ухажёра, который, видимо, насмотрелся сегодня мастер-классов по пикапу.
— Конди. Завтра я буду занята. Ни в два, ни в три, ни в любое другое время не получится.
— Занята? О, а чем, если не секрет? Может быть, ты перенесёшь свои эти занятия? — продолжал он настырничать.
Вот клещ, а! Его рука словно бы ненавязчиво потянулась ко мне, бережно взяла невидимый волос с плеча. Он склонился, оказавшись ещё ближе. Я начинала припоминать, какие знаю приёмы из борьбы, когда нарушитель личных границ их особенно нарушает.
— У меня ещё есть один козырь, Клот. Предложение, от которого ты не сможешь отказаться. Если ты не любишь кататься на велосипеде, я отведу тебя в самый лучший ресторан в Танресе, — это он уже прошептал мне на ухо, с придыханием.
Его рука сняла ещё несколько невидимых волосков с моей куртки, а потом он почти что страстным шёпотом спросил:
— Ну как, ты согласна? Во сколько? Я приглашаю тебя на свидание, всё за мой счёт, разумеется! Мы с тобой поговорим, познакомимся поближе, — теперь он пошёл дальше — как бы невзначай провёл рукой по моим волосам. Второй рукой попытался взять меня за руку. — Я очень бы хотел поближе познакомиться с тобой, пообщаться, — продолжал он шептать.
— Нет, — сказала я решительно, поймав его взгляд.
Кажется, Конди отказов не принимал:
— Я заеду за тобой завтра. Кстати, ты сегодня очень красивая. Ты всегда такая красивая, Клот, — прошептал он хрипло и особенно страстно.