— Я думаю, что я была хладнокровная, — ответила я. И улыбнулась, посмотрев на него и на Шпынделя, вернее, в ту сторону, где он улёгся — было темно, не различишь ничего. — Так как там ваш допрос с пристрастием? Начинайте!
— Вообще-то тебе его проводить, ты же старшая по званию, — Удав расслабился, поудобнее усаживаясь. Он тоже протянул ноги, как и я, а ещё поправил моё одеяло, накинув его частично на себя.
После чая, а также после того, как я согрелась, стало клонить в сон. Очень неожиданно, хотя и предсказуемо. Ночка выдалась насыщенной. Думать и говорить об убийствах я уже не в состоянии. Вдобавок мысли в полном раздрае. Мне очень нравились эти двое — но от осознания того, что они и могли быть убийцами, или покрывать убийцу-хозяина бульдога — хотелось выть. А ещё эти мысли изо всех сил надо было скрыть от них и от себя самой — пока я с ними, здесь. Дождь забарабанил вдруг по крыше фургончика особенно интенсивно.
— Град, — прокомментировал Шпындель.
— Да-а-а, — затянул Удав. — Остаётся надеяться на милость Великих Змеев, которые отвечают за погоду. — Ну так, Сорвиголова, давай, жги, что ты хотела узнать? Мы можем ответить на любой твой вопрос.
— Даже не можем, а обязаны, — подтвердил Шпындель.
— Вопрос... — проговорила я, чувствуя, как веки слипаются. Стало совсем тепло. Горячий чай разлился по венам и артериям. И Удав, который был совсем рядом, тоже тёплый... Заснуть бы, поспать. — Шпындель, почему ты — Шпындель? Почему Удав — Удав, он мне рассказал. Потому что он победил Принцессу Змей, и она наградила его этим именем. Но почему ты Шпындель?
— А это у них семейное, — усмехнулся Удав.
— Да, почти так, — отозвался Шпындель. — Мой старший брат был Шлындель. Потому что везде шлындал. А я был таким, ну... как бы... не очень борзым. Не уверенным в себе. До того, как к Упырям попал. Меня в Упыри брат привёл, незадолго до своей смерти. И Упыри меня научили быть тем, кто я есть. Меня все шпыняли, я был мальчиком для битья.
— Ты?! — ахнула я. — Я не верю, Шпындель! Сколько ты в длину? Метра два, три?
— Два ноль пять. Люди, говорят, растут до двадцати пяти лет, значит, у меня есть ровно два года, чтобы дорасти до трёх метров, — пошутил Шпындель. — Меня назвали Шпынделем сначала презирая. Да, вот таким я был — большим, неповоротливым дылдой, которого каждый мог зашпынять. Я тоже сам себя презирал за это. Пока Упыри мне не втолковали, что я сам могу себя как хочешь называть. И быть кем хочешь.
— В итоге со Шпынделем история вышла презабавнейшая. В школе его все били. А как он к нам попал — так все наши от него шарахались! Он у нас завоевал репутацию Шпынделя — того, КТО шпыняет. А не того, КОГО шпыняют, — пояснил Удав.
— Только благодаря моему брату я стал тем, кем стал. Не будь его — я бы прозябал сейчас, был бы тупорылым козлом отпущения. Я найду того, кто убил моего брата. Вот такое преступление я хочу раскрыть. Найти того, кто тогда в ту ночь конкретно нажимал на курок.
— Шпындель, я сделаю всё, чтобы помочь тебе, — проговорила я.
Это был порыв, за который я себя тут же укорила. Зачем я раздаю обещания налево и направо? Брата Шпынделя застрелили Ежи около пяти-шести лет назад. Как я планирую раскрыть преступление пятилетней давности, если я до сих пор даже не знаю, кто убийца тех несчастных, загрызенных бульдогом?!
— Сорвиголова, это моя война, проблемы тоже мои. Я ни в коем случае не буду просить тебя, никогда, — вздохнул Шпындель. — И всё равно громадное спасибо. За твоё неравнодушие.
— Я не могу быть равнодушной. Вы не просто мои коллеги.
— Мы уже поняли, что мы связаны невидимой нитью, — прошептал Удав. — Когда ты пришла на Фестиваль Упырей, нас со Шпынделем к тебе ноги сами потянули.
— Не нас, а конкретно тебя, — раскрыл карты Шпындель. — Да, Сорвиголова, ты его примагнитила, даром что вы коллеги! Но я очень этому рад. Знакомство с тобой — самое лучшее, что со мной случалось за последние годы. Не считая знакомства с Гюрзой, конечно.
— Опять он про свою Гюрзу, — проворчал Удав.
Я уже была не в силах бороться со сном. Возможно, ребята болтали ещё о чём-то, но я крепко заснула. Убийцы они, не убийцы — я подумаю об этом завтра. Спать, спать, спать. Удав делал всё, чтобы мне было тепло и удобно. Кажется, я ему нравлюсь. Я была бы рада, если бы это было так!..
33. Убийца найден!
— С Ежами у нас давние разногласия. Война за территорию и всё такое, — разъяснял Удав.
— Они считают себя крупняком. А нас — мелкими сошками. Но когда мы им даём прикурить, они бегут, поджав хвост, — прокомментировал Шпындель.
— Ежи к себе набирают всякую шваль, шушеру, отрепье. Ты видела вчера.