— Миз Бальярд, — сказал он и крепко пожал ей руку. — Огромное спасибо, что пришли.
— Извините, что не позвонила, — сказала она. — Мы и так еле успели.
— Не страшно, — успокоил ее Рик, переводя взгляд на мальчиков.
— Это мои сыновья, Бак-младший и Дэнни.
— Очень приятно. Я — Рик Дрейк.
Адвокат пожал руки ребятам.
— Вы готовы? — спросил он, поворачиваясь к Фейт.
— Прямо сейчас? — спросила она, и сердце ее подскочило.
— Да. Вы наш последний свидетель. — Он внимательно посмотрел на нее. — Готовы дать показания?
Фейт ответила, не раздумывая:
— Мы за этим и приехали.
Уиллистоун не мог поверить своим глазам. Он же отправил эту сучку в Нью-мать-его-Йорк! Какого дьявола она вернулась? За спиной Фейт стояли два подростка. Того, что моложе, Джек никогда не видел, другого сразу узнал. Бак Бальярд-младший. Джека передернуло. «Что сучка надумала?» Он поднялся, чтобы Фейт его заметила. Но она прошла вперед, глядя прямо. Как ее остановишь?
Неужели это происходит на самом деле?
Фейт смотрела перед собой; она шла, высоко подняв голову, сыновья — следом за ней. Она знала, что Джек где-то здесь, но с ним разберется позже. Когда подошла к первым рядам, двое мужчин поднялись и уступили свои места Дэнни и младшему. Потом высокий солидный мужчина жестом показал ей в сторону судейского стола, и Фейт шагнула вперед, увидев наконец судью.
— Поднимите правую руку, — велел судья, и Бальярд сделала это. — Клянетесь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды, и да поможет вам Бог?
Женщина глубоко вздохнула:
— Клянусь.
— Миз Бальярд, — начал Том, заставляя себя не думать об острой боли. «Нет, старина, сойти с дистанции не имеешь права. Только не на финишной прямой». — Где вы работали второго сентября две тысячи девятого года?
Он посмотрел на присяжных, потом в тыльную часть зала, где рядом стояли Пауэлл и Боцифус, а перед ними сидели члены команды 1961 года. Это Эмброуз и Бо поднялись с мест, чтобы посадить сыновей Фейт. Том вытер лоб, встретился глазами с Хейнсом, опустил взгляд на Билли Нейборса. Еще один болевой импульс едва не заставил Тома опуститься на колени, но он устоял, взявшись рукой за стол.
— На заводе «Алтрон» в Таскалусе, штат Алабама, — сказала Фейт.
Том кивнул, откашлялся, превозмогая боль. Рука метнулась к коленям.
— Профессор Макмертри, вы нормально себя чувствуете? — спросил Катлер.
Профессор несколько раз мигнул, стараясь взять себя в руки. Ноги его дрожали — неужели он сейчас упадет в обморок? Кто-то взял его за запястье — из тумана выплыло лицо Рика.
— Профессор? Может быть, давайте я? — спросил тот, и слова прозвучали как-то искаженно, будто через лист бумаги.
Том чуть не кивнул. Чуть не сказал «да». Но, заставив глаза работать, он посмотрел на зал суда.
Когда он увидел Нейборса, по руке побежали мурашки.
Старый одноклубник, прекрасный защитник, поднялся. Как и Ли Рой, и вся остальная команда. Все они стояли, и Том услышал голос, словно обращенный прямо к нему, услышал слова из далекого прошлого: «Парни, в ваших жизнях наступит день, когда что-то пойдет не так. От вас уйдет жена, либо она умрет, у вас сгорит дом, вы лишитесь работы, у вас пропадет интерес к жизни. Когда такой день наступит, что будете делать? Поднимете лапки вверх?»
Том смигнул слезы боли — это с ним говорил Великий. Летом 1960 года, на тренировке. Жара такая, что выворачивало наизнанку, кого-то даже в самом деле вырвало. Приседания, отжимания, снова приседания. Кто-то не выдержал.
Но только не Томас Джексон Макмертри. Тогда — нет. Не сдастся он и сейчас.
Никогда не сдастся.
Профессор убрал руки с колен, выпрямился. Взглянул на Рут Энн; она тоже приподнялась: на лице беспокойство, но и решимость. Повернул голову — кажется, поднялась половина зала. Руфус Коул, Билл Бербейкер, все бывшие студенты, наконец, досточтимый Хэнкок.
Том собрался и повернулся к судейскому столу:
— Все в порядке, судья. Миз Бальярд, какой была ваша должность в «Алтроне»?
На ватных ногах адвокат подошел к скамье присяжных, держа в руке накладную.
— Делопроизводитель.
— На этой работе вам приходилось иметь дело с накладными?
— Да. Когда приходила накладная, я всегда расписывалась в получении, ставила подпись внизу, потом убирала в папку.
Том подошел к месту свидетеля и передал Фейт накладную.
— Миз Бальярд, я показываю вам бумагу, помеченную как «вещественное доказательство стороны истицы, номер два». Вы узнаете этот документ?