— Ну, я…
— Ответьте на вопрос, миз Ньютон, — настаивал Том.
— Не знаю. Я уже говорила: мистер Дрейк хотел от меня услышать, что график у Дьюи был сумасшедший, но я сказала ему, что говорить этого не буду.
Похоже, ее уверенность дает трещину. Лицо пошло красными пятнами. Вот и хорошо. «Сейчас я выверну тебя наизнанку».
Макмертри подошел к скамье присяжных. Те смотрели на него во все глаза. При допросе свидетеля противоположной стороны главная фигура — юрист. «Ты сейчас звезда. Ты хочешь, чтобы присяжные не сводили с тебя глаз. Чтобы их внимание было приковано к тебе». Именно этому он учил свою молодежь. А сейчас показывал на практике.
— Вы сказали ему, что говорить этого не будете.
— Да.
— И выразили эту мысль ясно.
— Яснее некуда. — Уилма бросила на Тома гневный взгляд.
Том подошел к столу обвинения и остановился в двух шагах от Рика.
— Давайте разберемся. Вы сказали мистеру Дрейку… — Макмертри оперся руками о крышку стола, приблизил лицо к лицу ученика. — Я… не буду… говорить… что график Дьюи… был сумасшедшим. Так?
— Не знаю, было ли это настолько…
— Четко? Но вы только что сказали: яснее некуда!
Том сделал несколько шагов в сторону Уилмы. Между ними было метров шесть.
— Сказала.
— Сказали: я не буду говорить в суде, что график Дьюи был сумасшедший, верно?
Еще пара шагов. Четыре метра.
— Да.
— Сказали: я не буду говорить в суде, что график Дьюи заставлял его ездить с превышением скорости, верно?
Еще ближе. Три метра.
— Да.
— Вы сказали ему, что ничего плохого в адрес Уиллистоуна не скажете, так?
Два метра.
— Да. Верно.
На лице Уилмы читался испуг.
— И вы выразили эту мысль яснее некуда, верно?
Метр.
— Да.
— Яснее некуда — и, несмотря на это, мистер Дрейк вызвал вас сегодня в качестве свидетеля.
Профессор замер и снова встал под углом сорок пять градусов между Уилмой и присяжными.
— Вы сейчас сказали, что объяснили Рику Дрейку свою позицию «яснее некуда», — но в таком случае надо быть полным идиотом, чтобы вызывать вас свидетелем, разве нет?
Том окинул взглядом присяжных. Что она сейчас скажет, не имеет значения.
— Я не знаю, зачем мистер Дрейк меня сюда вызвал. Я не юрист.
Вот она, нужная подводка.
— Кстати, чем вы зарабатываете на жизнь, миз Ньютон?
Она стала пунцовой.
— Я официантка. В Бунз Хилл, ресторан «Пески».
— Именно там вы впервые встретились с Риком Дрейком?
— Да, сэр.
— Кроме вас и Рика, на этой встрече никого не было?
Макмертри потер подбородок.
— С ним была женщина.
Профессор взглянул на присяжных.
— Дон Мерфи, верно?
— Знаю, что ее имя — Дон. Фамилию не помню.
Том подошел к своему столу, открыл портфель и извлек оттуда курсовой журнал, которым пользовался на занятиях.
— Профессор, что вы делаете? — прошептал Рик и наклонил голову, чтобы его лица не видели присяжные. — Дон…
— Я знаю, что делаю, — шепнул Том в ответ. Потом вернулся к свидетельскому креслу.
— Извините, миз Ньютон, но я преподавал право, и Дон Мерфи была моей студенткой. Я хочу показать вам ее фотографию в журнале юридической школы, чтобы у нас с вами не было никаких сомнений. — Том указал на фото, ниже коего было написано «Дон Мерфи, двадцать шесть лет, Элба, штат Алабама». — Вы эту женщину видели с Риком Дрейком в ресторане «Пески»?
— Да.
— Ваша честь, мы хотим, чтобы фотографию миз Мерфи приобщили к делу, как улику номер один.
Разрешение было получено, Том поднял фотографию и показал присяжным.
— Миз Ньютон, вы говорили с мистером Дрейком и миз Мерфи, — Том показал пальцем на фотографию, — о графике Дьюи, верно?
— Да.
— Из ваших сегодняшних показаний следует, что им обоим вы объяснили «яснее некуда», что Дьюи работал по нормальному графику? — спросил Том, снова располагаясь перед Уилмой.
— Да.
— Если Дон Мерфи выступит здесь и скажет: вы сказали ей и Рику Дрейку, что график Дьюи в компании «Уиллистоун» был «беспорядочный», «сумасшедший», «в который трудно уложиться» — это будет ложь?
Уилма пожала плечами.
— Я ничего такого не говорила. Значит… да, это будет ложь.
— Вот эта девушка, — Том снова показал фотографию присяжным. — Если она скажет присяжным, что слышала от вас: Дьюи был вынужден превышать скорость, чтобы уложиться в график — это будет ложь?
— Да.
— А если она скажет: вы сказали ей и мистеру Дрейку, что меняли данные в путевых листах Дьюи, чтобы не нарушать правило десяти часов, — это будет ложь?