Взвизгнули шины — Профессор пулей вылетел с парковки. «Томпкинс и Фишер» — это Вторая улица. Три квартала от конторы Рика.
«Будь там», — молил Том, глядя на часы в панели приборов.
Тринадцать минут первого. Как же поздно. Меньше чем через девять часов снова суд, но сейчас Макмертри о процессе даже не думал.
Лишь бы она была жива и здорова.
67
Уилер был доволен — вот повезло так повезло! Отвезя Уилму в гостиницу, он сел на «хвост» Дон, когда та вышла из своей квартиры. Проехал за ней сюда, но пришлось ждать, потому что и у передней, и у задней двери юридической компании стояли видеокамеры. Прошло пять часов, и сейчас парковка пустовала, Мерфи была одна — ни Дрейка, ни кого-то еще поблизости нет. «Везенье — второе счастье, — подумал Стояк и накинул на рот Дон бумажное полотенце с хлороформом. — От меня не вырвешься!»
В кармане джинсов был нож. Пырнуть ее ножом, забрать сумочку и уехать — работа будет сделана. Но где тут кайф? И зачем просто так убивать такую хорошенькую пташку? Красотка. Молодая. Сексуальная. Дон перестала дергаться — хлороформ сделал свое волшебное дело. Стояк посмотрел на ее лицо и расплылся в похотливой улыбке — сейчас позабавимся!
Молодых и сексуальных красоток не убивают просто ради денег. Их насилуют. Спереди и сзади. В хвост и в гриву. И только как следует надругавшись, их уничтожают, запихивают в мешок для мусора и выкидывают в реку.
Будет еще одна горячая студенточка, которую грохнул какой-нибудь извращенец. Стояк газеты читает. В студенческих городках таких убийств не счесть. По крайней мере, они никого особенно не удивляют.
Свою машину он запарковал на соседней улице. Фонари не горели. Никто его не увидит — разве кто-то будет искать специально. Проще простого. Он тащил обмякшую девушку к своему «Шевроле». Уже открыл дверцу и хотел запихнуть Дон в машину, как вдруг все тело пронзила острая боль.
Кто-то сжимал его гениталии. «Ах, сукин ты…»
Стояк схватился за мошонку, но тут его лицо вдавили в лобовое стекло. Он взвыл от дикой боли в яйцах, в шею ему кто-то жарко дышал.
— Что, больно? — спросил низкий мужской голос, продолжая сжимать руку.
Уилер хотел дать обидчику локтем под дых — куда там! Мужик был из крепких. Стояк полез в карман за ножом, и хватка внезапно ослабла. Чуть развернувшись, Стояк нанес удар ножом, здорово промахнулся и рухнул на мостовую. Когда подскочил, в лоб ему уперлось дуло пистолета.
— Разве не знаешь, что с ножом на пистолет не лезут?
— Господи Иисусе, — выдохнул Стояк, глядя на мужчину: тот не уступал ему в росте, но был черен, как пиковый туз.
— Нет, паскуда. Боцифус Хейнс. А Иисуса ты вряд ли когда-нибудь узришь.
Уилер жадно схватил ртом воздух и повернул голову — за спиной у негра взвизгнули шины. Боцифус тоже повернулся, сделал два шага назад. Тут у Стояка сработал инстинкт самосохранения.
Он побежал.
— Э, нет, дружок, шалишь! — заорал ему вслед Хейнс, и беглец услышал выстрел — в воздух.
Но он даже не обернулся.
— Она жива! — крикнул Бо через плечо, указывая на Дон; в полуобмороке она лежала у дверцы «Шевроле».
Том и Рик подбежали к ней вместе. Дрейк стал на колени и прижал ухо к ее груди.
— Дышит, — объявил он, глядя на Тома.
Профессор чуть отошел и посмотрел вслед Бо.
— Будь здесь.
Он подбежал к своему «Эксплореру», включил передачу. Через пару минут догнал Хейнса — тот несся на всех парах к мосту, который соединял центр Таскалусы с центром Нортпорта.
Внизу текла река Блэк Уорриор.
— Господи, — пробормотал Макмертри.
Он увидел, как на перила моста залезает мужчина. Бо оставалось до него пятнадцать метров. Десять. Пять.
Хейнс кинулся к перилам.
— Бо! — крикнул Том из машины через открытое окно.
Но ученик опоздал.
Мужчина прыгнул с моста в реку.
68
— Ты все время шел по его следу? Немыслимо!
Макмертри взглянул на Боцифуса — таким разъяренным он не видел его никогда.
— Немыслимо то, что я дал ему уйти, — сказал он, яростно постукивая по столу костяшками пальцев.
Они сидели в кафе на Макфарленда. Перед каждым — чашечка кофе. Рик остался в «Эксплорере» с Дон, которая только что пришла в себя, а Пауэлл вышагивал по полу из кафельной плитки и бросал отрывистые фразы в мобильник.
— Мне плевать, шериф, что у них выходной: нужны люди, чтобы обшарить берега реки! — орал Пауэлл в телефон, и сердце Тома наполнялось гордостью.
У его бывших студентов сегодня бенефис.