– А почему у него голос такой странный? Какой-то механический, что ли.
– Потому что ему, как скелету, банально нечем говорить. Голосовых же связок нет. Или в вашей цивилизации так подробно строение живых существ еще не изучили? – тут же получила очередной провокационный ответ.
– Изучили, – вздохнула я. – Я просто об этом не подумала. И чем же он говорит?
– Если ты заглянешь ему в рот, то обнаружишь вместо коренного зуба кристалл со звуковоспризводителем. Он очень экономичный. Магии требует мало. И хватает практически на весь срок службы скелета. А если вдруг что-то случается, я всегда могу его перезарядить.
После этих слов Эдгар внезапно смолк, поник и прошептал:
– Мог…
Так! У моего хозяина, похоже, не только со зрением проблемы?
– У вас исчезла магия? – я понимала, что вопрос бестактный. Но мне нужно было в этом разобраться. Он же меня, в конце концов, как-то читал?
– Нет, что-то осталось, – покачал он головой в ответ. – Но я же не вижу точку применения. А без этого, как ты понимаешь, не обойтись.
Я точно ничего не понимала. Только решила промолчать, чтобы не выглядеть в глазах хозяина совсем уж дурочкой.
А он как ни в чем не бывало продолжил наше знакомство:
– Теперь, когда привязка произошла, прикажи ему, чтобы он защищал тебя от любого нападения.
– Как приказать? – на всякий случай уточнила я.
– Ртом! – рассмеялся он.
Мне внезапно вдруг стало весело, и я сдавленно хихикнула. Эдгар ответил тем же. И уже через минуту мы хохотали, как одержимые. Словно были не слепым герцогом и толстой попаданкой, а юными мальчиком и девочкой, которые внезапно преодолели смущение и стали свободными и раскованными рядом друг с другом.
Мы хохотали, вытирая слезы. И лишь скелет по имени Рюрик невозмутимо созерцал наше веселье, не подавая ни малейшего признака жизни.
Жаль, но через пять минут наше хорошее настроение иссякло. Фэлкон вздохнул, сжал губы в тонкую полосу, поморщился и снова попросил:
– И все же нужно попросить, чтобы он тебя защищал.
– Рюрик! Я тебе приказываю защищать меня от любого покушения на мою свободу и права, – я попыталась сформулировать приказ как можно более грамотно с юридической точки зрения.
– Добавь еще «от любого прикосновения»! – предложил собеседник. Что я и сделала.
– А сейчас проверим! – вдруг весело выдал Эдгар и шагнул в мою сторону, вытянув вперед руку. Я от него подобного не ожидала. А от того, что сделает скелет, тем более. Он молниеносно вбросил свои кости вперед и от души заехал герцогу по скуле. Хозяин охнул, дернулся и завалился на спину.
– Рюрик! Сэра Фэлкона не трогать! – тут же дополнила приказ я и рванула к лежащему на полу мужчине. – Эдгар, как вы? Разве так можно шутить?
Он приподнял голову, посмотрел на меня своими жуткими камнями и неожиданно улыбнулся несмотря на то, что под его правым глазом начал наливаться синяк. Скелет, по всей видимости, при жизни был левшой.
Но я не стала на этом зацикливаться, а подошла к герцогу сзади и постаралась приподнять его за плечи, приговаривая:
– Эдгар, разве так можно шутить? А если бы вы стукнулись о что-нибудь острое?
– И проблем стало бы меньше! – фыркнул он. – Не стало бы еще одного слепого инвалида.
– Вы хоть и слепой, но отнюдь не инвалид! – возмутилась я.
– Тогда выходи за меня замуж! – да, сегодня точно был день сюрпризов.
– Замуж? Но вы же меня почти не знаете. Да и не видели ни разу, – я растерялась от подобного предложения.
– Зато мы можем вместе смеяться, ты мягкая и вкусно пахнешь, а еще ты мыслишь теми же категориями, что и я. Поверь, для женщины это очень много. Так ты согласна?
– Я могу подумать? – это было единственным правильным ответом. Он мне нравился. Даже несмотря на то, что видел лишь магическим зрением.
– Думай, только не очень долго!
Я кивнула в ответ, запоздало понимая, что моих жестов он не видит. Затем помогла ему подняться и проводила до дивана.
– Может, приляжете? – предложила ему.
– Ты думаешь, что я никогда подобных тычков не получал? – скривился он. – Поверь, в юности мне приходилось много драться. Так что это дело привычное. Немного поболит и пройдет. Зато я теперь уверен, что Рюрик сумеет тебя защитить. Удар у него хорошо поставлен. Все же при жизни он был профессиональным боксером.
– Никогда не любила этот вид спорта! – поморщилась я. – Обычный мордобой.
– У вас он тоже есть?
– Боюсь, он есть везде, где имеется хотя бы пара мужчин, – сделала вывод в ответ на вопрос.
– Ты просто ничего в этом не понимаешь, не видишь красоты рукопашного боя, – с этими словами Эдгар начал мне объяснять, что может быть красивого в боксе. А я порадовалась за него. Он начал оживать, словно росток пробивался из твердой скорлупы.