— Эй! — возмутилась я.
— Разреши мне так немного постоять.
Он был мокрым из-за снега, в котором хорошенько извалялся, я же была мокрой, потому что только что из ванной. Я хотела было отчитать его за то, что он вымазывает мой белоснежный халат, но вдруг поняла, что не хочу это делать. Мне было очень хорошо в его объятиях.
Зато Василевс явно не собирался скрывать свое недовольство. Он узнал гостя и со всей дури побежал к своей любимой безопасной полке и оттуда уже начал орать, что было сил. Ни Зевс, ни я не обратили на него ровным счетом никакого внимания. Кот это понял и просто улегся на полке, изредка что-то неодобрительно помявкивая.
— Маша…
— Может, ты, хотя бы, пальто снимешь? — подала голос я.
Зевс отодвинулся, и у меня глаза расширились от ужаса. Левый его глаз заплыл, губа была разбита, а все лицо перемазано кровью. Я боялась даже представить, как выглядело его тело.
— Андрей! — ахнула я.
— Все в порядке, — улыбнулся он и немного поморщился — губа давала о себе знать.
— Раздевайся. Я за аптечкой!
Да, чтоб этих мужиков! Чуть что, так сразу кулаками махать!
Пока я доставала все, что у меня хоть сколько-нибудь походило на лекарства, Зевс успел снять верхнюю одежду и обувь. Свитер я его тоже попросила стащить. Когда я увидела его голый торс, то сглотнула. И не от того, что там тоже были кровоподтеки. Боже, да что со мной творится! Человеку плохо, а я думаю только об одном.
Зевс заметил мой взгляд и протянул ко мне руку.
— Ну, уж, нет! — сказала я, отскочив на безопасное расстояние. — Сначала я осмотрю твои раны.
— Ладно, — вздохнул Зевс.
Он послушно дал обработать свои синяки и ссадины, но при этом не сводил с меня взгляд. И вдруг вспомнила, что под халатом у меня ничего нет. От этого меня бросило в жар.
— Как Леша? — спросила я, закрывая аптечку.
— Нормально. Домой поехал.
Было видно, что Зевс не хочет об этом говорить. Настаивать я не стала.
— Маша…
— М?..
— Ты ведь слышала, что я там сказал?
— Ну…
— Это правда. Я, правда, тебя люблю.
Я попыталась отвести взгляд, но он взял мое лицо в ладони.
— Маша, я не жду, что ты сразу же ответишь мне тем же. Я просто хочу, чтобы ты знала.
— Спасибо, — прошептала я.
— Но! — улыбнулся Зевс, больше не обращая внимание на разбитую губу. — Я хочу, чтобы ты была моей. — Он сглотнул. — Маша, а ты хочешь этого?
Глядя в эти глаза, слушая этот бархатный голос, чувствуя тепло крепких мужских рук на своем лице, я не могла ответить ничего другого, как:
— Да.
Зевс шумно выдохнул, подхватил меня на руки и просто впился в мои губы. Мое тело мгновенно откликнулось. Где-то на задворках сознания я еще помнила о ранениях Зевса, но буйное первобытное желание взяло верх.
Когда Зевс перенес меня на так предусмотрительно разложенный диван, я поняла, что никогда еще страсть не накрывала меня с такой силой. Василевс с диким мявом унесся на кухню, но мне было плевать. Все, о чем я могла сейчас думать, это о потрясающем мужчине прямо передо мной.
— Как ты красива, — прошептал он, когда развязал мой халат. По его затуманенным глазам я видела, что он говорит чистую правду. Впервые я чувствовала, что мною искренне восхищаются.
Я потянулась к губам Зевса, и он со всей страстью ответил на мой поцелуй. Сейчас нам обоим было не до долгих ласк и заигрываний. Желание буквально сжигало нас изнутри. Полностью избавившись от одежды, мы набросились друг на друга.
И только когда я кричала в экстазе, я поняла, что раньше и не знала, что такое настоящая близость.
Глава 19 (16.01)
16 января, вторник
Юго-Запад, ст. м. Петровщина
Даже не знаю, во сколько мы легли спать. Василевс в конце концов смирился, что ему не удастся выгнать соперника из квартиры своим воинственным мявом, и просто улегся в своей корзинке.
— Мр… — промурлыкала я, когда Зевс поцеловал меня в плечо.
Мы лежали, крепко обнявшись, и я спиной прижималась к его обнаженному торсу. Впрочем, на нас обоих не было одежды. Как же мне не хотелось выбираться из кольца мужских рук, но будильник настойчиво напомнил, что мне пора было собираться на работу. Вот, почему именно сегодня, у меня должно было быть это одно единственное занятие с подростками!
Я потянулась к телефону, чтобы выключить будильник, но Зевс властно прижал меня к себе, не давая даже возможности пошевелиться.