Коля Крюков
Человек с рюкзаком, идущий к автобусной остановке, всегда привлекает внимание жителей города. «Турист» — первое, что приходит на ум горожанину, и он прав. Нет, конечно, бывают и другие люди с рюкзаками: дачники в штормовках с рассадой, мужики, несущие из гаража банки с огурцами, бомжи и бичи с грязными мешками своими, некто, кому необходимо сдать вторсырьё, и прочие, но всё это — ни то. Они не бросаются в глаза своей серой одеждой и пыльными ботинками, их не замечаешь. Турист — совсем другое дело. Его яркая надежная снаряга, необычный, но симпатичный головной убор, отличная обувь, тугой, красиво уложенный рюкзак, к которому приторочены коврики, шнуры, ледоруб или (или «и») топор с красным топорищем сразу же заметны чужому глазу. К стати о глазах: его (туриста) глаза всегда полны загадочного блеска. Если он только собирается в поход, они говорят: «О, ребята! Если б Вы знали, что меня ждет!». Если возвращается: «Ребята-а, Если б Вы знали, что мне пришлось преодолеть и пережить!» Его упругие, уверенные, сильные движения говорят о его здоровье и молодости, даже если он уже не молод. Всё это и привлекает внимание, пробуждая в душе далекие воспоминания: утренние зорьки у тихой тинной заводи, вечера у костра с котелком и свежей заваркой, мокрые палатки с сырыми спальниками и грязью на сапогах, стук дождя о брезент, млечный путь в глубоком черном небе, давно и навсегда любимые мгновенья. Один случайный взгляд на человека с рюкзаком, и из глубин памяти всплываю эти заветные воспоминания. Вздохнув, горожанин шепчет: «Турист»… и едет в свою душную контору.
Телефон зазвонил в начале седьмого. Я уже не спал, уже успел помыться, одеться и готовил бутерброды на кухни. Но мои — спали, и чтобы их не разбудил звонок, я поспешил поднять трубку:
Аллё?
Спишь ещё? — это Коля Крюков, мой одноклассник задал вопрос, зная ответ.
Нет. Жрать готовлю.
Ну, давай завтракай и, скажем так, минут через пятнадцать выходим. Ты готов?
Готов-готов. Хорошо, через пятнадцать минут я выхожу.
Ну, всё — давай.
Давай, — я положил трубку.
С Колей мы учились вместе с четвертого по восьмой класс. Потом он поступил в Авиационный техникум, а я остался добивать среднюю школу. Коля всегда был романтиком. Много читал. Особенно любил приключенческие рассказы и фантастику, типа про «Затерянный мир». У его матери была классная библиотека, и он втихаря снабжал меня дефицитной тогда литературой. У нас появились любимые герои и книги. Нам нравилось рассматривать карты и чертить самим всякие планы и секретные схемы «зарытых сокровищ». Вязать морские узлы, разгадывать головоломки и ребусы, запускать из его форточки (потому что выше) самолетики, внутри которых были рисунки непристойного содержания. Ещё у нас был «свой телефон»: протянутый, от его балкона на пятом этаже, до моего балкона — на третьем, обрезок веревки, по которой мы «сбрасывали друг другу информацию». А однажды на Родниках мы поймали огромное количество (целую связку) гольянов, принесли домой, и хотели пожарить, но постучала соседка баба Дуся, и пока я с ней лясы точил, из крана пошел кипяток, и гольяны обварились. «Сколько рыбы вы запортили!» возмущалась баба Дуся, а я злился на то, что она на нас ворчит, а ведь это из-за неё приходится рыбу выбрасывать. Ну, и всякая такая фигня.
После восьмого класса мы долгое время почти не виделись: учились в разных местах, служили в армии, личная жизнь и всё такое. Однако судьба пару лет назад нам скрестила дорожки, и вот, мы уже несколько месяцев готовимся к тому, чтобы в октябре покорить Mt. Kenya — самый высокий пик Кении. Высота 5199 м. Заманчивая идея. Очень хочется побывать в Африке, посмотреть Её животный мир, жизнь людей, вкусить ярких красок экзотики, да и просто пошляться по свету. Деньги есть, снаряжение тоже, визы сделает Колина турфирма, время выкроем, стало быть, нужно готовиться к покорению вершины. Чтобы проверить, как организм отреагирует на высокогорье, проверить самих себя, работая в паре, опробовать альпинистское снаряжение и прочие мелочи учесть, стали тренироваться. И дело пошло. Сначала Коля, а он теперь уже был профессиональный турист: водил группы в горы, тайгу и на Байкал, водил одиноких иностранцев (и иностранок), туда же, много чего умел, знал и имел огромный, не сравнимый с моим, естественно, опыт, начал натаскивать меня. Первое: он потянул меня на Бабху — гора такая есть. Довольно печально известная гора — там однажды завалило лавиной с десяток школьников. Упираясь на лыжах по снегу, мы восходили на гору. Для меня это было в диковинку — на лыжах в гору. Но Коля привязал к лыжам веревки специальным способом и узлами, и лыжи перестали скользить и дело пошло, и мы пошли. Обратно, зато, было здорово и быстро спускаться на лыжах с горы, потому что, буквально, перед этим, он уволок меня на горнолыжную базу на Олху, и там целый день обучал катанию на горных лыжах. Достал, профессор! Я никак не мог сделать поворот вправо, пока на моем пути не оказался маленький ребенок на санках-ледянках — пришлось мгновенно научиться, чтобы не раздавить дитя. После, цепляясь бугелем за трос подъемника, я был не в состоянии остановиться от пойманного кайфа спуска с горной вершины, и быстро научился управлять лыжами и своим непослушным телом. Короче — дело к ночи, скажу честно, что все виды зимнего вида туризма и активного отдыха вбил в меня Николай (и продолжает, чтоб он был в хорошей физической и физиологической форме, вбивать). Так что, через пятнадцать минут мне нужно выходить на покорение самой высокой вершины Восточных Саян — горы Манку-Сардык.(3491 м).