Как по заказу, заметив, что он бежит, к нему прилетел «Буран» с двумя прицепленными санями и ещё с какими-то личностями в них, вальяжно лежащими среди мешков и коробок. «Буран» остановился.
— Здорово, парни! — сказал Архип всем, кто приехал.
— Здорово, — ответили парни, сквозь маски на лицах и большие горнолыжные очки.
— Там девушке плохо, вырубается, — Архип показал на скопление народа на льду.
— Понятно, — «Буран» ни секунды не мешкая, умчался туда.
Было видно, что девушку погрузили на сани и повезли обратно в Танхой. Олег, с какими-то (где он их взял?) опять лыжами в руках, догонял Архипа. Архип пошел потихоньку, так, чтобы Олежка догнал. Надо же узнать, что за лыжи доктор надыбал, может, мародерствует, с «трупа», так сказать, снял — очень интересно, где и нафига они ему нужны, тащить их через весь Байкал?
Олег догнал.
— Что за лыжи? — первое, что спросил Архип. На счет девушки и так все ясно было, потом можно спросить.
— Нашел. Кто-то выкинул — крепление сломались, а я подобрал, хорошие, целые, — Олег показал сломанные крепления. — Мы же ходим, катаемся по выходным. Лыжи хорошие, целые, крепления сделаю, будут свои. А то там — на прокат только.
— Понятно.
Лыжи, действительно, были хорошими и целыми. На них, даже, было написано «Быстрица», что говорило о принадлежности их к отечественному производителю. Но зачем они сейчас попались, чтобы их через Байкал тащить, было не понятно. Но хочет — пусть тащит, его дело. И Архип, закрыв тему, спросил о другом:
— Что с бабой?
— Перегрузилась.
— Не своим темпом пошла?
— Наверное. Их целая компания. Что-то её подрубило.
— Надо меньше пить перед стартом. Или Активированный уголь принимать.
— Точно, — вспомнил Олег. — А я иду, думаю, чего у меня голова не болит? Мы же вчера прилично выпили. Про уголь-то — совсем забыл. Точно. Ты здорово с углем придумал.
— Это меня Вовуня научил. Перед пьянкой полпачки, во время — полпачки и после, можно, полпачки-пачку. И все, — как огурчик утром. Мышцы, конечно, чувствуют некую причастность к алкоголю, зато, голова не понимает, что бухала вчера. Вова — спортивный врач, знает, как допинги укрывать, бедолага. А мы вчера с тобой всего по полпачки съели, зато эффект какой на свежем воздухе!
Архип с удовольствием подумал, что Доктору понравился его трюк с углем. Но чтобы не выказать это, он снова перевел тему:
— Давай, до без двадцати девять идем, — будет как раз два часа, — и привалимся, чайку попьем. Согласен?
— Давай, как скажешь.
— Всё, пошли. Своим темпом. Без двадцати тормози и жди меня.
— Хорошо.
Олег, с лыжами на перевес, пошел, удаляясь немного вперед, быстрее и чаще передвигая свои нижние конечности, под названием ноги.
Когда человек готовится к подобному переходу, набирает с собой фотоаппаратов, думая, что он отснимет там незабываемые кадры и их будет много и разных. Когда у него в кармане МП-3-Плеер, полный Кашина и «Эльдорадо», который даже доставать нет желания, потому что нужно расстегивать куртки, куда-то залазить в карман, потом его прицеплять на шею, втыкать в уши наушники, включать, да ещё и слушать всю дорогу (а другие тебя обогнали и ушли в точку). Когда человек все это уже набрал с собой в поход, это означает, что он слишком хорошо о себе думает, полагая, что у него на все это будет время и силы или желание. Или давно никуда не ходил. Нужно быть конкретным лосем и такие дистанции каждый день проходить, чтобы воспользоваться плеером или фотоаппаратом, как на прогулке. Щелк, щелк, «А ты, — ждешь меня! Я не допил ещё портвейн!»… Но, когда впервые идешь в переход, лучше этого не брать, чтобы лишнее не тащить, а потом не отвечать на идиотские вопросы родных: «А чего ты ничего не сфотографировал?» злым и обидным встречным вопросом, а то и двумя: «Ты всё спросила?» И: «Может, в следующий раз, сама пойдешь, поснимаешь и покажешь, чего наснимала? Деловая, бля, нашлась!» Поэтому, Граждане! Храните деньги в сберегательных кассах, а в поход берите, как можно меньше всего!
Архип достал термос китайский свой, как ни странно, с горячим прилично чаем, «Сникерс» каждому — себе и Олегу и фотоаппарат — всё равно что-то надо снимать, раз уж взял. Посидели на рюкзаках, попили горяченького, понадкусывали твердый, как стекло, потому что замерз собака, «сникерс» и пощелкали друг друга на цифровик. Полегчало, повеселели, отдохнули, погрелись, жизнь наладилась, солнышко взошло, ветер поутих — можно продолжить путь.