Девушка хотела что-то сказать, но я решительно ее остановил:
— Договорились — один глоток — значит, один. Тем более что ты успела уже несколько сделать. Пока — точка!
Я переживал, чтоб она не хватила лишнего.
— Дай закурить, — попросила девушка.
— Не курю, — был мой ответ.
— Я без сигарет не могу. Пусть лучше водки не будет — а сигареты обязательно, — немного расслабленными, мягкими устами (выпитое начинало действовать) констатировала дивчина.
Я не мог не согласиться с ее мнением: в студенчестве сам когда-то курил. И помню, когда на какой-нибудь вечеринке заканчивались сигареты — уши начинали пухнуть: так хотелось закурить. Даже про водку забывали. И пусть уже было три-четыре часа ночи (ночных магазинов в те времена не было), бежали на улицу к троллейбусным, автобусным или трамвайным остановкам, собирали окурки. Поэтому девушку я понимал и, коротко бросив «сиди, я сейчас», пошел обратно в магазин.
— Дай подержу бутылку, — услышал вслед.
— Подержишь, когда сыграешь... — не поворачиваясь, тихо буркнул я. Вернулся минут через пять девушка сидела на том же месте и, как я заметил еще издалека, даже высматривала меня.
— Купил?
Я показал пачку «Примы».
— Похуже не было? — упрекнула девушка.
— Не хами, а то и это не получишь. Иди за мной.
Я пошел не оглядываясь. Слышал, что девушка идет за мной, цокая каблуками по асфальту. Остановился только возле подъезда, пропустил ее вперед.
— Первый этаж, квартира номер один, — информировал я девушку, чтобы она не поднялась выше.
В коридоре я помог ей снять куртку, под ней оказалась шерстяная кофточка с черно-белыми полосками.
— Сапожки снимать? — уточнила девушка.
— А ты в постель ложишься в сапожках? — немного рассердился я.
— Да так... — что-то невнятное пробормотала девушка и, держась рукой за стену, начала разуваться.
— Проходи, — подал я голос из комнаты, где нарезал колбасу, сыр, хлеб. Девушка зашла в комнату и села на диван, скептически осмотрев на столе мою сервировку.
— Небогато,— с тусклой усмешкой заметила она.
— А ты на крабы с ананасами рассчитывала? На евроремонт?
— Пошутила, — нетвердой рукой махнула девушка. — Давай выпьем.
Я налил.
— За дело, которое нам нравится, — подняв стакан, провозгласил я тост.
— За дело... — поддержала девушка..
Выпили. Я начал закусывать, девушка закурила.
— Ты съешь сначала что-нибудь, — предложил я.
— После первой не закусываю, — с той же тусклой усмешкой ответила она.
— Ну-ну, — усмехнулся я. — Это мы уже где-то слышали. Тебя как зовут?
— Наташа.
Я засмеялся.
— Ты чего? Что тут смешного?
— Ничего. Если только то, что женщин с именем Наташа у меня почему-то больше, чем с другими именами.
— А какая я буду по счету?
— Тебе интересно?
— Не совсем.
— Тогда зачем спрашиваешь?
Я снова разлил.
— Правильно, — поддержала меня Наташа. — Молоток!
— Дураком никогда не был, — в тон отозвался я.
— А это по морде видно, — ткнула стаканом в меня Наташа.
— Неужели? — притворно удивился я. — И какая же у меня морда?
— Интеллигентно-бандитская, — не задумываясь, даже не всматриваясь в мое лицо, ответила Наташа.
Меня немного удивила Наташина наблюдательность. Ответ был, как говорят, в десятку: таким «амплуа» в последнее время меня определяли на киностудии.
— Да и вообще, твоя морда мне знакома. Я уверена, что видела тебя где-то.
— Не ошибусь, если скажу где, — подхватил я.
— Ну? — заинтересованно взглянула Наташа.
— В страшном сне.
Мне совсем не хотелось раскрываться перед ней кто я и чем занимаюсь. Никогда об этом не говорил первым встречным, какой и была для меня Наташа.
— Нет-нет, уверена, что видела, — твердо сказала Наташа. — Тебя как зовут? — почти трезво спросила она.
— Александр. И давай оставим это: видела — не видела. Не для того собрались... — постарался перевести разговор на другую тему. — Выпьем.
Сквозь свои толстые стекла Наташа несколько мгновений смотрела на меня, что-то старательно вспоминая, потом выпила и снова закурила.
— Да закуси ты лучше, а то совсем опьянеешь.
— Не бойся, Александр! Наливай по третьей.
Налил. Выпили. Наташа начала закусывать. Из пепельницы тянулся тонкий дымок непотушенной сигареты. Я молча жевал.
Во мне начинало расти какое-то чувство растерянности. Весь мой богатый любовный опыт вдруг куда-то обрушился, будто подмытый половодьем берег. Я чувствовал себя неловко, как малолетка. Меня слегка подташнивало. Тьфу ты! А ведь не первый раз такое.