Меня прямо подбрасывает и я оборачиваюсь еще раз, чтобы глянуть за стекло на помещение с рядами рабочих мест. У мониторов сосредоточенные, совершенно непроницаемые для эмоций лица, больше похожие на лица обычных сотрудников отдела какой-нибудь статистики, занятых скучными отчетами. Совсем не скажешь, что эти люди находятся в процессе более творческом, чем сведение дебета с кредитом. А я была уверена, что всё это пишут уставшие училки литературы. На досуге, в качестве сублимации, переписывая фантазии и ошибки молодости в сказку. А тут - целая редакция.
За одним из ближайших мониторов сидит чувак - типичный айтишник: очки, свитерок, острый кадык на тонкой шее, седеющий пушок на макушке. Наверняка еще и картавит… Представить, что этот «новосельцев» является автором сюжета «Малышки для большого босса» мне, разумеется не хватит фантазии.
- И что… это вот так, коллективно, создаются шедевры современной литературы?
- Зря иронизируешь, - Яблочко снова откидывается на спинку кресла и довольно причмокивает, - спрос что? Спрос рождает предложение. К сожалению, правда сейчас такая, что многие все чаще выбирают платить за сказку.
Вау. А Яблочко-то не дурак, что впрочем не добавляет ему привлекательности, а даже наоборот, делает еще неприятнее.
- И число их растет пропорционально инфляции и дефициту положительных эмоций. Голодная аудитория проглатывает и просит еще. И если она просит именно «Наследника для Жестокого», а не географа-алкоголика с глобусом, мы ей это даем. Хочет невольницу для магната, пожалуйста. - Яблочко приближается к монитору, щелкает кнопками мышки. - По статистике, именно такие истории чаще всего в топе продаж. Таргетологи проверяли: больше половины читательниц - женщины 35–50 лет. В разводе, с детьми, с материальными трудностями и претензиями к себе.
Он делает паузу и опять смотрит на меня. Почему то от этого взгляда становится особенно неприятно, как бывает, когда какой-нибудь тип пытается на глаз определить твой возраст и размер груди. Да, поняла я намек, не старайся. Это мне за лысого из Бразерс. Будем считать в этом раунде - ничья.
- Апроксимация… - тихо резюмирую я.
- Я не психолог. Я смотрю на цифры. И вижу, что, чем бы это не являлось с моральной точки зрения, продукт нравится потребителю и он охотно меняет небольшие деньги на такое же удовольствие. Каждый день. Двадцать четыре на семь. Цепляющая завязка. Пять-десять тысяч знаков с пробелами на выпуск. Выход каждый день. Или через день. И топовый автор имеет сотку с подписки. Если несколько псевдов, то в разы больше. Плюс донаты. Иногда больше месячного гонорара.
Я гуманитарий, но круглые цифры умножаю хорошо.
- Так и где подписать договор? - спрашиваю с хорошо отрепетированной иронией.
Яблочко расцветает и довольно щерится. Видимо, мы подошли к главному.
- Опиши вкус огурца… так, чтобы я его захотел…
Глава 3 «Могу сразу с минета начать…»
Глава 3.
«Могу сразу с минета начать…»
Четверг, 6 марта, вечер
- Почему не члена?
- Вот и я чуть не ляпнула.
- И?
- Это, видимо, тест. Вступительный экзамен. Я сначала хотела пошутить - мол, почему такой нелогичный выбор продукта для их эродакции… и чуть не выпалила твой вопрос. Но по его лицу поняла: тип серьёзен. Пришлось срочно переформулировать.
Мы с Алкой сидим у меня на кухне в компании лучшего друга необременённых браком девушек - Мартини. Но даже этот сиропный градус меня не расслабляет. День выдался чересчур насыщенным. Мой организм категорически отторгает избыток впечатлений.
- Мне кажется, я чисто физически уже не вывожу такую активность. Сегодня калорий потеряла больше, чем за четыре месяца диеты, - вздыхаю. Ночь, похоже, будет беспокойной. Жаль, нельзя перемотать на утро и просто не выходить из дома.
- Ага. Раньше в клубах до утра скакала, а утром в офис на каблуках. Сейчас каждый украденный у сна час отражается в зеркале.
- Тогда ты меня понимаешь.
- Понимаю. Тебе мужик нужен, Славка. Пока у тебя не занят рот, ты страдаешь от собственного языка.
- Вот именно поэтому у меня и нет мужика. Язык у меня живёт отдельно от мозга и в постоянной конфронтации с внутренним голосом. Скажи, кто меня за него тянул, когда я это Яблочко сморозила?
Алка вздыхает. Точно так же, как почти двадцать лет назад, когда я в одиннадцатом классе на весь урок ляпнула, что «баранина» - это на базаре, а у нашей одноклассницы фамилия - Барнина. БАР-НИ-НА. А не баранина. Алкины отчаянные пинки под партой не спасли я лишилась выпускного. Но приобрела подругу.