Все таки, оправдывать ожидания очарованных обложкой - это большой труд, требующий полного погружения и самоотдачи. Целая работа. Слово, которое звучит, как ругательство.
Хлопаю ресницами, как бы намекаю Сергею, что пауза подзатянулась. Видимо, мне удалось поставить его в тупик этим вопросом. На лоснящемся ябле отражается процесс перебора вариантов ответа. И судя по напряженному сопению, у босса проблемы. Может, надо было все-таки сначала размером гонорара поинтересоваться? И вообще, служебными обязанностями в этом литхабе…
Яблочко, наконец, оживает. Сквозь ухмылку выдыхает воздух из лёгких и переходит… на «вы».
- А вы… Слава, если не ошибаюсь… копирайтер инфлюэнсеров?
- Если в резюме так написано, то да, - киваю.
- Модная профессия. Денежная, - хмыкает Яблочко и лыбится.
- Да не такая уж и денежная, Сергей. Раз я у вас.
- Ну, пока ещё не у нас…
Мило. Интересно, как он мне шпильку за лысого из Бразерс вернёт?
В воздухе снова повисает пауза. Эта перестрелка взглядами уже не флирт, а социальное обязательство. Как вынужденный диалог с пикапером в баре, которого ещё не за что отшить, но очень хочется. Уверенность в собственной неотразимости у таких, как Яблочко, обратно пропорциональна размеру достоинства. И ты это знаешь, и подыгрываешь. Чтобы не обидеть.
- Это только потому, что я ещё не решила, нужен ли мне этот опыт.
Пока Яблочко пытается сложить лицевые мышцы в хладнокровно-приветливую улыбку, я перевожу дыхание чрезвычайно довольная собой. Хотя, чего скрывать, я такая перцовая только с теми, кто мне… отрицательно интересен. Почему-то, с высокими, кареглазыми брюнетами так не получается.
- Так вот и я о том. Об опыте. Ты, как опытный копирайтер скажи, о чем мечтают лояльные подписчицы твоих клиенток?
- Эм… - пожимаю плечами, - в какой-то конкретный момент или вообще? Потому, что у женщин, обычно, это разные мечты. Утром они могут хотеть стакан кураре, а вечером новые туфли. Но если обобщить, каждая мечтает хоть на день оказаться на месте инстадивы, макнуть круассан в капучино на парижском балконе, а не залипать в ленту по дороге на работу.
- Вот! - возбуждённо тычет пальцем в воздух Яблочко. - А теперь представь, что вместо ленты, они читают, как миллиардер влюбляется в серую мышь. Или как отец за долги отдаёт дочь кредитору.
- Читала. Такая дичь. Там у мужика ещё шрам на пол-лица был, и он хромал.
Яблочко одобрительно кивает и довольный развитием диалога откидывается на спинку кресла.
- Неважно. Детали. Декорации и костюмы могут быть любыми. А по сути… целевой аудитории заходят только две, максимум три темы.
Он растопыривает ладонь, загибает пальцы:
- Случайная беременность от альфы. И невинная для чудовища. Завуалированные в сказках про Золушек и Красавиц кинки, давящие на первичные инстинкты и желание превратить в капитал то, что каждой бабе дано природой. В топе лыра авторы, которые умеют вертеть эти кинки во всех вариациях. Вот с кадрами вечный дефицит. И многие быстро выдыхаются.
Он снова внимательно смотрит на меня, будто ищет ниточку, за которую можно дёрнуть. Проверяет на профпригодность.
Я не знаю, что такое «лыр», но догадываюсь, что это, скорее всего, жанр той самой порнопрозы, реклама которой постоянно всплывает у меня в ленте. Версия кажется мне логичной и я киваю, изображая понимание.
А сама почти в шоке.
Одна блогерка назвала это «бабл-гам для вагины». Идеальное определение. Чтобы жевать такое голова не нужна. На обложках беременная принцесса и турецкий мачо с тату. Либо просто бедная, но гордая, и он, горячий, злой и весь в шрамах. Меня такие истории не заводят. Но бывают вечера, когда я вдруг обнаруживаю себя на двадцатой странице какого-нибудь «Повелителя ее сердца» под бокальчик белого. В самый раз, когда мозг уже основательно вытрахан на работе.
Художественная ценность этих опусов - как у фанфиков восьмиклассниц. И каждый раз встаёт два вопроса: кто это пишет? И кому это всерьёз заходит?
Все это мелькает в сознании пока я изучаю кисть Яблочка. У него руки, которые я называю «сразу нет». Феминистки, возможно, не помощь отвергают, а именно ладонь, если она такая, как у этого Сергея: широкая с короткими пальцами и плоскими ногтями. Наверняка, еще и влажная. И вот из-под этой ладони, под руководством Яблочко, ежедневно льётся нуга, которую я, плююсь, но… заглатываю.
Это ж надо было, встав сегодня не в самом благостном расположении духа и организма, хлебнув по дороге сюда столичной лужи, осознать, в итоге, что я уже довольно продолжительное время являюсь целевой аудиторией этой редакции! И как я туда попала, интересно? По возрасту? Или из-за паблика «Литературный оргазм»? Вот так, одна случайная подписка, один неосторожный лайк и теперь у меня в ленте: «Муж сестры меня хочет», «Подчиняйся, будешь моей», и «Невинная для тирана».