Слова Лилианы подбодрили девушку, и та, обрадовавшись, поскакала к выходу.
Слухи, которые приносила Эмили, были весьма полезны. Она стала ушами и глазами Лилианы, пока та не покидала свои покои. Все ещё постукивая по столу указательным пальцем, Лилиана снова перевела взгляд на газету. Дата в верхнем углу страницы показывала девушке, что нужно начинать действовать. Оставалась примерно неделя до заданной даты, и за эти семь дней девушке нужно было разобраться с мелкими проблемами. Встав с места, она приказала служанкам, стоящим в углу, принести одежду и украшения. Переодевшись в платье сиреневого цвета до пола с белой обводкой на талии и такого же цвета кружевом на коротких рукавах, обув ноги в белые туфли на каблуках, девушка направилась в кабинет герцога. После получения разрешения на вход от секретаря своего отца, Лилиана вошла и расположилась на большом диване в центре кабинета.
— Я принесла белый чай, отец. Не хотите ли со мной побеседовать?
Заданный девушкой вопрос заставил дрогнуть руку герцога, который до этого даже не посмотрел в сторону дочери и был усердно занят работой. Отложив ручку, мужчина примерно пятидесяти лет посмотрел в сторону дочери без каких-либо эмоций и встал со своего места.
— Конечно. Почему бы и нет? — сев напротив Лилианы и взяв предложенный дочерью чай, он продолжил: — Я слышал, что ты приболела не так давно. Как себя чувствуешь?
Даже зная про отравление своей единственной дочери, он не удосужился посетить её.
Хах. Как бесстыдно.
— Ничего серьезного, отец, это не то, о чем вам стоит волноваться.
Хоть Лилиана и была зла внутри, но ни капли эмоций она не выпускала наружу.
— Ты изменилась, Лилиана.
Холодок пробежал по спине девушки от слов герцога. Подняв глаза, она опознала взгляд, которым на неё смотрел мужчина.
Подозрение.
В его глазах застыл вопрос: зачем же она пришла?
В воздухе повисло напряжение и никто из этих двоих не отводил взгляда друг от друга.
За шестнадцать лет Лилиана ни разу не просила о личной беседе своего отца, потому что очень боялась его. Но сейчас испытавшую две смерти девушку совсем не пугал собеседник, сидящий напротив.
Игра в гляделки затянулась, и Лилиана первой нарушила тишину, царившую в помещении.
— Я хочу стать наследной принцессой, отец.
Конечно я не собираюсь становиться кронпринцессой.
Через год кронпринцу исполняется двадцать лет, и, после его совершеннолетия, отец в целях сделать меня императрицей, даже не спросив моего мнения, отправит во дворец в качестве кандидатки в жёны сыну императора.
Это чем-то похоже на айсберг. С виду желание стать императрицей — это верхушка льда, но на самом деле эта часть плана была похожа на кусок айсберга, который скрыт под водой. Безумный, рискованный и опасный план, который требует много власти и коварства.
Через секунду герцог, не отводя взгляда от дочери, снова взял в руки чашку.
— Ты хочешь, чтобы я сделал тебя наследной принцессой? — с ухмылкой на лице спросил мужчина.
Интерес возрастал с каждой секундой. Его некогда тихая и трусливая дочь вдруг осмелела, да еще и пожелала стать наследной принцессой. Это всё больше и больше забавляло его.
— Конечно нет, отец! — с игривостью произнесла девушка. — Я сама стану принцессой, я прошу лишь о поддержке со стороны герцогства, — с пониженной интонацией и ноткой кокетства, подняв брови, девушка продолжила: — А если я рожу принца, то и вовсе вся власть империи будет в ваших руках.
Это было изначальным планом герцога.
Конечно, Лилиана знала как можно его заинтересовать.
Она просто опустила удочку, на крючке у которой висела приманка, замаскированная под власть, но на самом деле являющаяся смертью.
— А с чего вдруг…
— Я влюбилась в принца на прошлом банкете в честь дня рождения Его Величества Императора.
Моментальный ответ со стороны дочери рассмешил мужчину.
— Ах, я поспешил, когда решил, что ты изменилась, Лилиана. Ты все так же глупа. Любовь? Не будь так наивна, дитя моё, это всего лишь сказки, придуманные глупыми людьми. — Он ухмыльнулся.
Отпив из чашки и со стуком поставив её на стол, мужчина посмотрел на девушку, что сидела напротив.