— Мила, детка, я… я сейчас кончу, — предупредил я, убирая руки с её снова спутавшихся волос и давая ей возможность отстранится в любой момент.
Но вместо этого почувствовал, как её острые ноготки впились в мою задницу, а сама Мила протяжно застонала, в очередной раз заглотив член… Кончал я долго, сжимая со всей силы крышку стола, к которому притулился в процессе. От осознания того, что Мила и не собиралась отстранятся, готовая проглотить все результаты своей работы, оргазм получился еще более ярким — перед глазами танцевали яркие точки.
— Всё хорошо, Алексей Палыч?
Я открыл глаза: Мила уже была на ногах, успев в очередной раз поправить волосы. Я притянул её к себе и впился в губы…
— Всё просто замечательно, — выдохнул я, как только поцелуй прервался. — С трудом верится, что ты не делала этого раньше.
Мила смутилась, нахмурилась и снова покраснела.
— У меня богатая теоретическая база, — призналась она. — Девчонки постоянно обсуждают, что и как.
— И про то, что глотать — это круто, тоже?
— Вам не понравилось? — испуганно-наивно спросила она.
— Ты издеваешься? — переспросил я, дрожащими руками застегивая ширинку. — Это было круто. Настолько круто, что я бы с удовольствием забрал бы тебя сейчас к себе домой и оттрахал бы тебя хорошенько, чтобы показать, насколько круто это было.
— Я согласна, — выпалила Мила тут же.
Часть 3
От университета по дома ехать было недалеко, время было хорошо за полдень, и я решил, что не будет ничего страшного, если мы уедем вместе, но она категорически отказалась.
— У вас будут проблемы, если нас кто-то увидит вместе. Давайте, вы заберете меня у центральной площади, там где фонтаны, минут через десять — я как раз успею дойти и нас никто не увидит, — настойчиво предложила Мила.
— Для человека, который только что делал минет своему преподавателю в главном корпусе университета среди бела дня ты катастрофически осторожна, — усмехнулся я.
— Алексей Палыч, — Мила нахмурилась и её щеки снова налились краской.
— Какая же ты прелесть, Фролова, — рассмеялся я, бегло поцеловал её в лоб и направился к выходу. — Через десять минут, на площади. Не задерживайся, у меня на тебя серьезные планы.
Пришлось объехать вокруг всего университетского городка дважды, чтобы подъехать к площади в назначенное время. Мила уже была на месте. Издалека они выглядела как обычная школьница-старшеклассница: короткая маечка, оголяющая тонкую полоску кожи на животе, расклешенная юбка по колено, убранные в обычный хвост волосы и пресловутая красная помада. Она стояла у фонтана, теребила ремешок от сумки. Ничего сверхъестественного. Никто вокруг и не догадался бы, что еще совсем недавно она, эта милая девочка, стояла передо мной на коленях с размазаной помадой и её горячий язычок вытворял такое, от чего при воспоминании в паху заныло.
— Девушка, вас подвезти? — я остановил машину у обочины, не дожидаясь ответа наклонился к пассажирской двери и открыл её.
Милa спешно подошла к машине и с элегантностью лесной феи села на переднее сидение.
— Долго ждала? — поинтересовался я, выезжая на проезжую часть?
— Минут пять, как-то очень быстро получилось дойти сюда, — призналась Мила.
— Складывается ощущение, что ты торопилась, — я улыбнулся собственным выводам.
— Торопилась, — без капли сомнений сказала Мила. — Во-первых, не хорошо заставлять ждать старших…
— Какой огромный камень в мой огород, — рассмеялся я.
Мила, кажется, смутилась и уже не так уверено продолжила: — И к тому же мне очень хотелось поскорее попасть к вам домой.
— Даже так? — я слегка прокашлялся, в горле внезапно пересохло.
Она не ответила. Мне показалось, что она пожалела, что сболтнула лишнего. Но я ошибался. Пару минут спустя, Мила положила руку себе на колено и как будто бы невзначай приподняла юбку. Потом еще немного, и еще. Когда мы остановились на очередном светофоре, я, кажется, впервые был рад, что продавец уговорил меня купить машину с автоматикой: рулить хватало и одной руки, в то время как второй я мог гладить нежную кожу, предвкушая, что будет, когда мы наконец-то доберемся до дома.
До следующего светофора мы ехали молча. Я пытался концентрироваться на дороге, но мысли то и дело возвращались к тому, как Мила сжимала ноги, когда мои пальцы беспордонно пытались подняться слишком высоко. Когда же машина чересчур резко затормозила на перекрестке, Мила сама взяла мою руку и сопроводила её туда, куда я пытался попасть. Белья на ней не было…