Первый учебный день сентября выдался солнечным… После долгих недель на природе, запихивать себя в официальную одежду было странно непривычно: ворот рубашки чесался, а брюки казались какими-то невероятно неудобными. К тому же, было очень жарко.
Отчитав лекции, я распрощался с новоиспечёнными студентами, собрал бумаги и вышел в коридор. Сначала я решил, что мой перегретый на солнце мозг снова играет со мной в коварные игры, выдавая желаемое за действительное. Но это было не так. Не в этот раз… Мила на самом деле была там… Красивая, как никогда прежде. На ней было зеленое платье на широких лямках и большими пуговицами по всей длине. На запястьях красовались яркие плетеные ленточки, точно такие же были вплетены в косу.
Заметив меня, Мила застыла на месте. Наши взгляды встретились, и сердце сделало попытку выскочить наружу.
— Мил, ну Мииила, — спутница тянула её за рукав, — мы опоздаем, там уже все собрались давно.
— Тань, я вспомнила кое-что. Мне надо немного задержаться, — она говорила это своей подружке, но смотрела на меня. Слова звучали, как обещание.
— Ну ладно… Я не буду ждать, приходи потом сама, — ответила подружка и поспешила за группой студентов в сторону парка.
В коридоре становилось пусто, но еще не настолько, что можно было, не думая о последствиях, подойти к Миле. А потому пришлось взять себя в руки и направиться обратно в кабинет, надеясь, что она зайдёт туда тоже.
Ждать пришлось долгих пять минут… Я уже успел истоптать весь кабинет, когда дверь тихонечко отворилась и Мила просочилась внутрь, оглядываясь по сторонам. Когда только послышался щелчок закрывающегося замка, я был уже рядом с Милой. В следующее мгновение её губы коснулись моих: Мила крепко обвила меня руками, прижавшись всем телом. От неё пахло солнцем, ванилью и чем-то невероятно родным. В районе солнечного сплетения предательски заныло.
Поцелуй получился резкий, обрывками. Я целовал её губы, щеки, веки… Когда первая волна безумия наконец-то откатила и я снова смог вдохнуть полной грудью, Мила слегка отстранилась, посмотрела на меня своими небесно-синими глазами, её ладонь легла на мою щеку — от такого невинного прикосновения по телу пробежали мурашки.
— Я по тебе скучала, — едва слышно произнесла Мила. — Ты даже не представляешь, как я по тебе скучала.
— Вряд ли больше, чем я, — выдохнул я.
— Я чувствую, — хихикнула Мила, прижавшись ко мне бедрами.
Даже не пытаясь скрывать реакции своего организма, провел руками по почти обнажённой спине и впившись пальцами в ягодицы, прижал её еще крепче.
— Поехали ко мне, — предложил я, целуя шею: Мила обвила меня руками. — Нам есть, о чём поговорить.
— Поговорить ли?! — Мила беззвучно расмеялась.
— Не надо мной ли ты смеешься, Людмила?! — хмыкнул я. Коснувшись пальцами груди, я нащупал сосок. — Мне кажется, тут не только я готов «поговорить».
— Не только, — охотно призналась Мила и звучно выдохнула, почувствовав как предательски затвердел сосок под моими пальцами. — И… боюсь, я не согласна ждать еще полчаса, пока мы доберемся до твоей берлоги и ты наконец-то соизволишь меня трахнуть.
На этот раз я выдохнул… От её слов в штанах стало так тесно, что в голове помутнело. Я и без того хотел её до одури, а теперь и вовсе потерял последнюю связь с реальностью. Когда же почувствовал, как Мила расстёгивает ремень моих брюк, простонал…
— Что же ты со мной делаешь, чертовка?!
— Кажется, соблазняю, — хихикнула Мила, стягивая штаны с моей задницы.
— Кажется, у тебя это получается, — констатировал я, когда член оказался в её ладошке.
Пуговицы легко поддались, и уже полминуты спустя платье на Миле распахнулось, обнажив такое вожделенное тело: на белой коже вырисовывался явный рисунок загара. Трусики легко соскользнули с её задницы и упали на пол.
— Иди ко мне, — я подтянул Милу к себе, и она послушно закинула ногу мне на бедро.
Вошел я в неё быстро, одним движением сразу на всё длину… Мила протяжно простонала и прижалась всем телом. Я тоже на мгновение замер, наслаждаясь таким знакомым и таким сладостным ощущениям.
Мила обвила меня ногами, позволяя мне входить на всю длину, впилась поцелуем, изредка кусая губы и стонала мне в рот. От её стонов в голове всё затянуло туманом. Сладким, бесконечно сладким туманом, от которого начало покалывать в конечностях. После такого долгого перерыва и долгого ожидания, я с трудом мог сдерживаться. Впрочем, Мила тоже. Она старалась вести себя тихо, но получалось у неё это плохо, мне пришлось помочь ей, закрыв рот ладонью…