Мила подскочила на ноги и едва не грохнулась с кровати.
— Как у тебя это получается? — спросил я, успев схватить её за руку.
— Что именно? — Мила спрыгнула на пол и подняла с пола трусики, посмотрела на них и снова уронила.
— Вот это, — рассмеялся я. — За полсекунды меняться от «сведу его к чертям собачьим с ума одним движением бедер» до «спасите-помогите я грохнулась с кровати»?
Мила рассмеялась, пожала плечами и, пританцовывая, демонстративно виляя бедрами, удалилась в ванную.
Когда Мила вышла из душа, на ней снова была моя футболка. Я только усмехнулся: всегда считал это стереотипом, и вот этот «стереотип» завелся в моей квартире.
— Что мы будем готовить? — Мила обняла меня сзади, и я поёжился: по всей видимости душ она принимала холодный.
— Ты будешь сидеть вот здесь, — я обхватил её за талию и легко поднял на столешницу.
— И командовать? — хихикнула Мила.
— И командовать, — кивнул я в ответ. — Как насчёт креветок? Пасты? Быстро, вкусно и главное быстро! А то кто-то тут с голоду опухнет.
— Честно? Я никогда не ела креветок, — Мила смешно скорчила нос. — Они ведь не вырастут в своем огороде.
— Понятно, — хмыкнул я себе под нос. — Значит будем есть креветок.
— Ну не смейся, — надулась Мила. — У нас и правда не было ничего того, что нельзя вырастить своими силами.
— Я вовсе не смеюсь. Открывай, — я подал Миле упаковку с тальятелле и успел подумать, а можно ли тальятелле вырастить самим. И усмехнулся своим мыслям. — Я вовсе не смеюсь, солнышко, я искренне удивляюсь…
— Чему? Тому что креветки не растут в огороде? — рассмеялась Мила.
— Нет, — я наклонился и поцеловал её в нос. — Я удивляюсь, как так получается, что я знаю каждый миллиметр твоего тела, но нихрена не знаю о тебе самой.
— Ну… Наверное, потому что тебе нравится моя задница больше, чем информация о том, люблю ли я креветки, — Мила заливисто рассмеялась, откусывая уголок упаковки.
Я покачал головой и вздохнул, снял с магнитной стены ножницы и протянул Миле. Она демонстративно закатила глаза и разорвала пакет руками.
— Дикарка, — рассмеялся я. — И да, задница у тебя классная.
— А что у тебя тут? — проигнорировав мои слова, Мила залезла носом в бумажный пакет с продуктами и выудила оттуда помидорку. — Вот, вот эта креветка росла у нас в огороде.
— Тебя надо чем-то занять, — решил я, наблюдая как Мила засунула помидор целиком в рот, надув щеки как хомяк. — Чисти креветки, займи свои неуёмные ручки.
— Ой ладно, обычно ты не жалуешься на мои ручки, — Мила внимательно смотрела, что делаю я, и ловко повторяла.
— Я и жалуюсь, с точностью до наоборот: мне очень нравятся твои руки, — я кивнул, когда Мила показала мне очищенную креветку, держа её двумя пальцами перед моим носом. — Кстати, про руки. Ты где училась танцевать?
— Нигде, — Мила пожала плечами. — Вернее сама, дома, перед маминым зеркалом. Я же…
— Ты же? — переспросил я, когда пауза затянулась.
— Я просто очень люблю танцевать. И петь. С детства мечтала, что, когда вырасту, обязательно стану танцевать в балете. Или певицей стану. Конечно, это было невозможно. Но я смотрела балет по телевизору и повторяла. А потом поняла, что для балета у меня слишком много… меня, — Мила рассмеялась, посмотрев на собственную грудь. — В общем, стала пробовать танцевать другие танцы — танго, фламенко… И это было еще лучше, чем балет. Ну ты чего так уставился?
Мила хихикнула — я действительно смотрел на неё, забыв о том, что вообще-то собирался поставить открытый пакет молока в холодильник.
— Я думаю, у тебя бы получилось.
Отмахнувшись, Мила закинула последнюю креветку в чашку и вытерла руки: — Да прям. Я же нигде не училась, не знаю как правильно.
— Кто мне сегодня сказал, что этому не надо учиться, а надо чувствовать?
Мила замяла тему, а я не настаивал. Возможно, если бы она могла увидеть себя со стороны, почувствовать ту энергетику, которую излучает, она бы думала иначе. А главное, если бы у неё была надежда, что её мечты могут сбыться.
— Готово? Чего так долго то?! — нетерпеливо ерзая, Мила уже раз десятый заглянула в кастрюлю.
— Какая ты неугомонная! — усмехнулся я. — Еще секунду. Кидай!
Мила радостно хихикнула, когда заброшенные в соус тальятелле выпустили облако ароматного пара.
— Попробуй, — я взял пальцами креветку со сковороды.
Мила нетерпеливо схватила меня за запястье и осторожно взяла губами креветку.
— Господи, вкусно то как! — практически промурчала она. И облизала мои пальцы.
— Осторожней, это уж слишком, — рассмеялся я. — Так мы с тобой опять без ужина останемся.