Молния прошибла меня от макушки до самых пят, заставляя неосознанно сдвинуть ноги вместе, и сжать пальцы в кулаки.
– Я – новый шериф Мислэйда, – выдохнула несколько устало. Теперь я говорила спокойнее, как того требовали мой статус и обязанности.
– Знаю, – кивнул Николас и мельком окинул комнату взглядом. Нахмурившись, мужчина взглянул на стул напротив меня – немного шатающийся и облезлый, – а после, не дожидаясь предложения сесть, вампир вальяжно расположился на месте. – Я всегда знал, что рано или поздно тебе придется занять место твоих праотцов. Ты ведь в курсе, я был знаком с твоим прапрадедом.
– Ты древний вампир, разумеется, ты знал моего прапрадеда, уверена, ты и с Наполеоном вел дружеские беседы.
– Нет, этот француз был слишком высокомерным, хотя и довольно сообразительным малым. Его стремление захватить мир, казалось мне ребячеством, но в тот момент ничего более интересного не происходило.
– Зачем ты пришел, Николас? – я подалась чуть вперед, смотря исключительно на переносицу вампира.
Пусть у меня и была защита от чар, вот только у кровососов было достаточно уловок, чтобы их опасаться. К тому же, Николас никогда не гнушался грязной игры, ради достижения своих целей.
– Моего подопечного убили, Патриция, – голос вампира изменился.
Не было в нем больше ноток обольщения или игривости, лишь злость, которая в любой момент могла трансформироваться в ярость, сносящую все на своем пути. Черты лица мужчины искались, словно кто-то другой, иной, вселился в тело Николаса и управлял им. Но я точно знала, что мы с вампом сидим один на один.
Хищные, дикие и животные повадки демонов всегда проявляются, насколько бы умело и давно они ни притворялись людьми.
Мне стало страшно. Наверное, уже третий раз за этот чертов день я испугалась, потому что в действительности, если Николас решит напасть, то меня не спасут ни чары, ни даже серебряный кинжал. Оставалось лишь надеяться, что у вампира достаточно самообладания и симпатии ко мне, чтобы не впасть в ярость.
– Я знаю. Клэр сейчас пытается найти улики на теле Франциско.
– Какой-то выродок решил, что может беспрепятственно уничтожать моих детей. Прямо на центральной площади, Патриция.
– Николас, мы найдем того, кто это сделал, – упрямо заверила я вампира, хотя головой понимала, что найти убийцу будет тем еще адом.
Ад… смерть… проклятые… коламбурчик, однако.
– Мы заключим его в тюрьму согласно общепринятым законам Мислэйда.
Николас неприятно рассмеялся на мои последние слова.
– О нет, моя малышка, тюрьму этот подонок не увидит.
– Николас, ты не можешь вершить правосудие на свое усмотрение. Это преступление!
Если этот древний вампир решил, что я позволю ему бесчинствовать, то он глубоко ошибается. Мои предки хоть и были смертными, но никогда не допускали того, чтобы демоны творили что им заблагорассудится. И я не собираюсь. В конце концов, я – Закон этого проклятого во всех смыслах городка.
– Преступление, если меня поймают, моя малышка, – лениво улыбнулся вампир и в один момент оказался прямо за моей спиной. Одной рукой он почти ласково сжимал мое горло, не перекрывая воздух, но показывая, что я в полной его власти. Другая его рука в этот момент легла на мое бедро нежно проводя длинными, утонченными пальцами по ткани брюк.
Во мне вспыхнули страх, злость и капля возбуждения. Потому что должна признать, Николас был прекрасен и близость его присутствия волновала меня. Пусть и совсем немного.
– Надень мой подарок, Патриция, иначе я могу разозлиться на тебя. Ты – Закон, малышка, но не забывай, что я стоял у истоков создания Мислэйда и, если кто-то решил бросить мне вызов, я обязан ответить.
– Николас, наказанием будет смерть, ты же понимаешь?
– Не будет. Я научился обходить законы задолго до твоего рождения, Патриция, – горячий воздух опалил мою левую щеку, отчего я неосознанно вздрогнула. – Меня так манит твоя кровь, особенно сейчас, когда ты выросла и в тебе расцвели нотки защитных чар.
Кончиком носа вампир провел вниз по моей щеке, спускаясь прямо к шее, где быстро билась жилка пульса. Мягкие, чуть шершавые губы едва ощутимо прикоснулись к коже и мое сердце пропустило удар.
– Надень мой подарок, Патриция, – последнее, что прошептал Николас, а в следующее мгновение я осталась одна в кабинете, пытаясь привести свои чувства в порядок.
– Чертовы вампиры, – ругнулась я с чувством и толком, до хруста сжимая пальцы в кулаки. Нервно коснувшись того места, куда меня почти поцеловал Николас, я скривилась, осознавая простую истину – работа в Мислэйде доведет меня до психушки такими темпами.