– В порядке, – махнула я рукой, вновь осматриваясь по сторонам и отмечая, что, кажется, для приличия копы решили не пускать мне пулю в лоб прямо сейчас.
А еще говорят, что полицейские это бездушные ублюдки. Уж точно не в нашем городе. Большинство служителей закона также занимают должности своих предков, но есть и те, кто приходит на службу ради защиты и спасения окружающих. Вот таких ребят я всецело уважала и хвалила, а преемственность… Ну, знаете, не всегда то, что ты должен делать это твое призвание и плевать, что твоей семье положено этим заниматься, хотят они того или нет. Редко кто из наследников основателей решается изменить свою судьбу. Я сделала попытку и посмотрите, куда меня это привело.
– Выпивка за счет заведения, – громко сообщил всем Эрл, вновь занимая свое место за стойкой и отработанными движениями доставая бутылки текилы одной рукой, а шоты другой. Что и говорить, возможно, быть шерифом и не мое призвание, но вот пить текилу я умею!
И пусть повод встретиться со старыми знакомыми был кошмарнее не придумаешь, в некоторой степени я рада тому, что вновь повстречала тех, кто понимал мое горе и даже разделял его в силу своей жизни в Мислэйде.
Клэр я знала с пеленок, поэтому понимала, что больше трех шотов подруге нельзя давать, иначе она становится глупенькой и влюбляется в любого парня, готового оплатить ей еще рюмку. Что ж, у каждого из на свои слабости. Клэр не умеет пить, а я боюсь мышей и пауков.
– Фокс был моим напарником четыре года, – услышала я знакомый голос Фреда Йорка, который был не только напарником, но и лучшим другом моего брата. Мы с ним лишь мельком пересеклись на кладбище, потому что я в тот момент вообще плохо соображала, а Фреду нужно было в патруль. – Он дважды спасал меня во время перестрелок и столкновений с демонами, – продолжил мужчина, высоко над головой держа бокал с бренди, – и мы никогда его не забудем, – под конец голос Фреда предательски дрогнул, и я смогла разглядеть слезы в глазах копа, которому наживую вынимали три пули из бедра, а после еще и зашивали руку, и он держался. А сейчас… у каждого из нас свой предел прочности, и у Фреда этот предел на сегодня закончился.
– За Фокса, пусть его душа воспарит, – сказали одновременно все присутствующие, отчего мое сердце дрогнуло и внутри словно что-то порвалось. Я не плакала, когда узнала о гибели брата, не проронила ни слезинки на его похоронах, но сейчас, когда тридцать с лишним человек и демонов прощались с Фоксом и пили за его душу, я просто не смогла сдержаться.
Боль захлестнула меня, заставляя спрыгнуть с высокого стула и броситься прочь из бара, уносясь как можно дальше, чтобы проветрить голову.
– Триш! – услышала я взволнованный крик Клэр позади, но девушку остановил Эрл. Я точно знала, что он понимал мои чувства и позволил побыть одной. Он понимал, как никто другой, ведь когда его обратили он наблюдал за тем, как вся его семья старела и умирала, а он оставался все таким же сильным и неизменным.
Каблуки громко стучали по асфальту, тошнота подкатила к горлу, и давящая боль сдавила мои внутренности титановым обручем, выворачивая меня наизнанку. Я чувствовала, как меня ломало и бросало то в жар, то в холод, пот медленно стекал вниз по спине, между лопатками, отчего черная рубашка неприятно липла к телу. Осознание такого просто факта, как смерть, обрушилось на меня, выбивая мысли из головы, словно кувалда.
«- Рано или поздно, тебе придется занять мое место, Триш, – сказал Фокс пять лет назад. В тот момент я как раз собирала вещи, чтобы бросить все в этом городе и вырваться из удушающих объятий демонов и их законов.
– Не смеши меня, - фыркнула я тогда, окинув брата пренебрежительным взглядом. – Я не Закон, и никогда не стану им. К тому же, демонам нужна твердая рука, они же меня по стенке размажут и имени не спросят. Это твоя судьба занять место нашего отца, а не моя.
– Временами, чтобы найти свое место, нужно лишиться чего-то очень важного…»
Тогда я не могла и подумать, насколько пророческими окажутся слова Фокса и что его уверенность в том, что я рано или поздно займу его место на посту шерифа города, станет единственным, во что остается верить в этой жизни.
– Не думал, что ты осмелишься вернуться в этот город, – услышала я знакомый до боли голос и непроизвольно ощутила, как мои губы растянула неприятная ухмылка. – Да еще и займешься место брата.
– Видимо, я не учусь на своих ошибках, – безразлично пожала я плечами, откидывая волосы со лба и осматривая снизу-вверх своего собеседника.
Демон. Высокий, сильный, наглый и молодой. На момент моего побега Киту было двадцать, а мне девятнадцать. И когда я покинула город, то этот ни разу не храбрый сердцем был смертным. А теперь он стал демоном, отчего должна заметить стал лишь хуже.