— Я никогда бы не выжил, если бы не ты, — сказал Рафаэль. Ему было тринадцать, но он был высоким для своего возраста. — Ты спас мне жизнь.
Они сидели на капоте автомобиля за пределами Каса Палома.
— Я спас свою жизнь, Рафаэль, — он понял, что Рафаэль вспоминал небольшую, забрызганную кровью комнату в горах. — Если бы ты стоял у меня на пути, я бы убил тебя. Уж поверь мне.
Рафаэль сделал глоток пива и произнес, смеясь:
— Тебе нравится думать, что ты весь такой cojones, no corazón. Только железные яйца и никакого сердца. Но мне виднее.
— Ты не знаешь ни хера, — Дамиан подошел к высоким кованым железным воротам, которыми теперь уже никто не пользовался.
Каса Палома была разрушена. Колючие сорняки захватили сад. Все окна были заколочены, и замок с цепью, которыми Виктор запер главные ворота, были грязными и покрыты ржавчиной. Дамиану не понравилось это. Они походили на его воспоминания об этом месте — мертвые и заброшенные, связанные ржавой цепью.
Посторонним вход воспрещен.
Это было место, где МаМаЛу стала жертвой борьбы за богатство и власть, жертвой алчных мужчин, которые уничтожили ее жизнь без малейшего сожаления.
— Однажды я буду владеть этим местом, — сказал Дамиан, когда они вернулись в машину.
Однажды он собирался уничтожить Уоррена тем же оружием, которое он использовал против МаМаЛу — деньги и безжалостность. Однажды он отнимет у Уоррена абсолютно все, чем тот дорожит.
— Это будет до или после того, как ты уничтожишь Эль-Чарро? — спросил Рафаэль, закатив глаза. Он желал, чтобы Дамиан отказался от своих планов. Эль-Чарро был непобедим, и он не хотел, чтобы его друг пострадал.
Дамиан сомневался, помнит ли Эль-Чарро няню, которая появилась, догоняя маленькую девочку, и наткнулась на слет черных воронов. Нет. Эль-Чарро был гнилой падалью. Один труп не отличался от остальных. Дамиан не зря потратил свое время, пытаясь сохранить его в своей памяти. Эль-Чарро не заслуживал объяснений или оправданий. Он заслуживал огонь и пепел, вечное горение в аду.
— Сперва Эль-Чарро, затем Уоррен Седжвик, — Дамиан запустил двигатель. — А потом я заполучу место, откуда это все началось.
С тех пор, как они уехали, Дамиан не думал о Скай. Он ни разу не думал о Скай. Она была заперта в комнате с окнами, заколоченными листами фанеры. И Дамиан всегда, всегда сторонился земляники и щербатых девочек с подобными золотым нитям волосами.
Конкуренция между картелями Синалоа и Лос Зетас усиливалась. Каждый день появлялись тела в канавах, кровь натекала в водостоки. Эль-Чарро созвал собрание своих наиболее проверенных союзников и советников.
— Дамиан, — сказал он, рассматривая букву «Ч», которую только что вырезал на жертве, распростертой у его ног. — Мне нужно заменить лезвие, — он передал Дамиану свою трость. Каждый год Дамиан доставлял трость Эль-Чарро кузнецу в Каборас, который снабжал его новым, острым, как бритва, специальным лезвием. — Завтра встречаемся на новом складе в Паза-дель-Мар, в три часа дня. Возьмите подкрепление с собой, — сказал Эль-Чарро. — Команданте номер 21, убери тела, — он переступил через них, прижимая носовой платок к своему носу.
Дамиан последовал за Эль-Чарро к выходу и наблюдал, как тот уезжает в своем седане с кондиционером. Он поменял сим-карту в своем телефоне и позвонил.
— У меня есть информация для Эмилио Замора.
Ему не пришлось ждать долго. Эмилио Замора был младшим братом Альфредо Рубена Заморы, человека, который пытался убить Эль-Чарро, человека, в которого Дамиан стрелял в кантине. Конечно, Эмилио, как и все остальные, думал, что Хуан Пабло был тем, кто виновен в смерти его брата. С того времени, как Эль-Чарро бросил отрезанную голову Альфредо на его похоронах, Эмилио планировал месть.
— Завтра. Склад в Паза-дель-Мар. 15:00. Эль-Чарро и все его верные люди.
— Кто это? — спросил Эмилио, но Дамиан уже отключился.
Наконец-то подвернулась идеальная возможность.
Дамиан караулил у двери, пока Команданте номер 21 сопровождал Эль-Чарро на склад. Один за другим мужчины со своими телохранителями подъезжали на автомобилях и занимали места вокруг длинного стола, а мускулистые мужчины становились немного позади них. Расположение места встречи раскрыли в последний момент, ради соблюдения мер безопасности. По большему счету, склад использовался для хранения и транспортировки консервированных сардин, но Дамиан знал, что картонные коробки и деревянные ящики вокруг них были заполнены полиэтиленовыми пакетами с марихуаной, блоками кокаина и метамфетамина, и с тщательно запечатанными мешками неочищенного героина. Каждый мужчина в комнате был так или иначе связан с картелем. Одни владели фермами, на которых выращивали местную марихуану, у других были связи в Колумбии, Перу или Боливии. Некоторые управляли тайными лабораториями по производству метамфетамина. Все они были связаны с изготовлением, перевозкой и распространением наркотиков, поставляя их через американскую границу с помощью автомобилей, грузовиков, быстроходных катеров, туннелей для транспортировки наркотиков и международными курьерами. У них были продажные копы и судьи, притоны в Лос-Анжелесе, Эль Пасо, Хьюстоне, Тусоне. Оттуда наркотики проникали в остальные крупные города, просачивались дальше в сотни населенных пунктов за их пределами. Дамиан задумался, кто из них присутствовал в тот день, когда МаМаЛу прервала встречу в Каса Палома. Он поглядел на свои часы. Было 14:45.