А мне что делать без связей? Всю жизнь просидеть на ресепшене?
Нет уж, так дело не пойдет. Я всем утру нос! Благодаря ее папочке быстренько проложу себе дорожку в светлое будущее. И для этого мне не понадобится никакая практика, мне не нужно будет начинать с самых низов. Потому что я беременна от него, и этим все сказано.
Я считаю, что достаточно просто родить ребенка от обеспеченного мужика. Затем можно смело выбросить диплом в мусорку, навсегда забыть о работе и о финансовых проблемах.
А Алиса пусть пашет, пусть вкалывает и карабкается по карьерной лестнице, в тот момент, когда я буду жить в шоколаде, благодаря ее отцу.
Ну и кто из нас умнее, спрашивается?
Да, сейчас мне все же придется еще немного поработать, по крайней мере нужно продержаться до выхода в декрет. Ну ничего страшного. Главное, я своего добилась: работать теперь буду в теплом кабинете рядом с Витей, а не на пыльной стройке в окружении мужиков.
Заодно Марию помучаю своим присутствием.
Надеялась, что больше меня не увидит?
Увы, не вышло.
— Никак не можешь расстаться с нашим медицинским центром? — одаряет меня милой улыбочкой, а взгляд у нее все тот же — прожжённой стервы. — Что ж, работай. Ты же за нее так переживаешь, да, Вить? — спрашивает с иронией. — Жалеешь ее. Эх… — глубоко вздыхает и цокает языком. — Интересно, кто же тебя потом пожалеет?
С моего лица медленно исчезает улыбка.
О чем это она?
Что-то задумала?
Она не может так просто сдаться — без боя. Я была уверена, что сейчас будет грандиозный скандал, а она вот так просто взяла и согласилась устроить меня обратно в медцентр?
Тут явно что-то не так…
«Блин, что у нее на уме?» — нервно кусаю губу.
— Идем! — кивает на дверь Виктор. — Я введу тебя в курс дела.
Но в курс дела вводить меня он явно не намерен.
Входит в кабинет, кидает на стул пиджак, садится за стол и смотрит на дверь злющими глазами.
— Чем ты недоволен? У нас же все получилось, — осторожно касаюсь его плеча. — Вить, что не так, милый? Я теперь буду работать вместе с тобой, и…
— Дело не в тебе! — рычит он.
И я, кажется, догадываюсь, в ком.
— Ты из-за этого врача такой нервный, да? Ответь честно: тебе просто не нравится, что в клинике будет работать еще один пластический хирург, или ты ревнуешь? Тебя злит, что он хороший знакомый Марии Геннадьевны?
— Ксюш, не лезь не в свое дело, — сдержанно произносит, а сам энергично передергивает скулами. Аж весь красный от гнева. — Мои вопросы с Марией тебя не касаются. Лучше сядь за компью… Хотя нет. Езжай домой. Оформим тебя с завтрашнего дня, и приступишь к работе. А на сегодня ты свободна.
— Но я думала, что ты мне сегодня все объяснишь, что я хотя бы вникну в…
— Я сказал завтра! — повышает голос и прогоняет меня взглядом.
Он явно не в себе.
Этот новый хирург для него — как красная тряпка для быка.
Значит, Витя сгорает от ревности. Злится, что Мария позвала работать в медцентр своего друга. А меня он позвал сюда только для того чтобы отомстить ей.
Теперь понятно, откуда такая щедрость…
А я-то уже подумала, что он хочет быть рядом со мной. Что он позаботился обо мне, о своем будущем ребенке, и сделал все, чтобы вытащить меня с той стройки.
Еду в такси, глотая слезы.
Так обидно, что просто капец какой-то.
Да, я своего добилась — вернулась с гордо поднятой головой, но что с этого получаю? Вместо удовлетворения, которое я так ждала, еду домой в растрепанных чувствах.
Геннадьевна ликует, она явно что-то задумала, и это меня очень напрягает. А Вите вообще плевать на меня и на ребенка! Использует меня, чтобы побольнее уколоть жену.
Выхожу из такси и округляю глаза.
— Мама?.. — смотрю, как она выходит из своей старой ржавой машины и с деловым видом направляется к подъезду.
— Она сегодня трубку брать будет или нет?! — ворчит, прижав к уху мобильник.
— Мам, ты что здесь делаешь? — подбегаю к ней.
Резко оборачивается и смотрит на меня ярко накрашенными глазищами.
— Я до тебя дозвониться не могу! — ну, конечно, мама будет не мамой, если сходу не накричит на меня. — Тебе телефон для чего нужен? Мать в Москву приехала, а дочь все утро не отвечает на звонки!
— А зачем ты приехала? — хмуро смотрю на нее.
Ставит на снег большую клетчатую сумку и всплескивает руками.
— А у меня дочь, оказывается, беременна! Вот только я не от нее узнаю об этом, а от других людей!
— Кто тебе сказал? — спрашиваю, внезапно охрипнув.
Я хотела сама рассказать ей об этом, но позже. Знаю, что весь мозг мне вынесет. Будет возмущаться, что я залетела от женатого, и все такое.