- Ты на что там намекаешь? - шутливо пихнула его в бок сестра.
- Ну, сны там у тебя вещие. Покойники к тебе во сне так и шастают и что- то все рассказывают и рассказывают, а ты от страха ничего не запоминаешь. У меня такого не бывает. А вот почему ты не запоминаешь, о чем они говорят? Вдруг, что путное?
- Ага. Посмотрела бы я на тебя, как бы ты запомнил. Я же не знаю, что это сон! Знаешь, как страшно?
- Да не надо мне такого счастья! Еще чего не хватало! Человек ночью должен спать, а не с мертвецами общаться, - передернулся Роман.
- Как будто я их специально приглашаю! Да я из-за них ночью спать боюсь и не высыпаюсь постоянно.
- И темноты тоже из-за этого боишься? - сочувственно спросил брат.
- Темноты? Очень боюсь, ты даже не представляешь, как я ее боюсь, - поежилась сестра.
- Ох, сочувствую тебе, - и Ромка приобнял ее за плечи. - С костром тебе не так страшно?
- С костром не страшно.
- Это хорошо! Вот еще бы узнать в каком мы именно месте? Ладно, пошли спать, - брат встал и провел рукой по отросшим волосам. - Мешаются, зараза! Как вы с длинными волосами ходите?
- А вы с бородой? - смешливо откликнулась Настя.
- А мы ее бреем!
- А мы стрижемся! Или в хвост все забираем!
- Не всегда!
- И вы не всегда бреетесь!
Брат с сестрой, с минуту посмотрев друг на друга, обнялись.
- Как хорошо, что ты у меня есть! - прошептал Ромка.
- Ой, какие нежности! - улыбнулась та. - Я тоже рада, что у меня в наличии есть брат! Да еще такой! Все, все, пошли, последуем примеру наших малышей и завалимся спать, откинув наши конечности.
На третий день вышли наши герои к Каспийскому морю.
- Эха! - ошарашенно протянул Роман. - Это как так получилось?
- И чему ты так удивился? - вдыхая полной грудью морской воздух, усмехнулась сестра. - Мы ведь знали, что на Каспии находимся.
- А я почему- то думал, что море в другой стороне, - почесал в затылке брат. - Вообще- то я к деревне какой-нибудь путь держал.
- Ну, держал к деревне, а вышел к морю! Купаться будем?
- Понятно! Так, на открытое пространство не выходить! Купаться будем в тех скалах. Там нас никто не увидит, - скомандовал брат, и они направились в сторону красивых скал, выступавших из воды.
Скалы с обеих сторон окружали небольшой участок моря и берега, который состоял из ракушечника.
- Ого! Да здесь просто невероятно здорово! - радостно воскликнул Роман. - В этом месте и остановимся! Да тут и пещера какая- то имеется!
Устроив в этом уютном месте стоянку, они дружно бросились купаться в теплое, бирюзовое море. Стараясь вести себя как можно тише, они катались на соленых волнах и ныряли. Жучок бегал по берегу и звонко тявкал, беспокоясь за своего хозяина.
- Жучок тише, - махали ему из воды Настя с Ромкой. Но щенок, мотая своей лобастой головой, продолжал тявкать и даже попробовал порычать на волну, которая ненароком его обрызгала.
После, удобно устроившись на горячих от солнца камнях команда, состоящая из трех человек и одной собаки, принялись за еду.
- Продукты кончились, - задумчиво проговорил Ромка, деля последний кусок хлеба на четыре части. - Жучок ешь, а то ты еле на ногах держишься, - протянул он щенку самый маленький кусочек.
- Голова у него большая, вот лапы- то и не держат, - Настя, взяв свой кусок, отложила его в сторону.
- Ты чего? - вопросительно поднял брови брат.
- Да я без хлеба обойдусь. Вы мужики, вы давайте и ешьте, - вздохнула та.
- Так давай лопай! И без разговоров! - рыкнул Ромка. - Вон синяки под глазами какие!
- Да ты что? - ужаснулась сестра и завертелась в поисках зеркала.
- Зеркало ищешь? Не надо! Это мы уже проходили, - хмыкнул брат, наблюдая за ней.
- Натя ешь! - и Ваня протянул ей свою долю. - Я наелся.
- Ох, ты мой хороший! Спасибо! Сейчас съем! - обняла мальчонку сестра. - Постой, а как ты меня назвал?
- Натя.
- Настя, - поправила она Ваню.
- Натя! - упрямо повторил малыш. - Сестренку хотели Натей назвать, - проговорил он, опустив голову.
- Надей?
- Да, Натей.
- Ясно, - вздохнула Настя, взяв мальчишку себе на колени.
Вскоре малыш заклевал носом, и его уложили спать в самодельную кровать, состоявшею из сорванной травы и вещей, которые прихватил Ромка. А брат с сестрой, уютно устроившись на огромных камнях, стоявших в воде, стали слушать ночной шепот моря.
- Каспий, - мечтательно произнесла Настя. - Ты его помнишь? Тебе было пять лет, как и Ване, когда мы сюда приезжали последний раз.
- Помню, - кивнул Ромка. - Немного, но помню.
- А помнишь, как папа сюда на катере хотел дойти?
- Еще бы я такое забыл!
Очень тосковал папа по своему Каспию. По своей малой родине, где он родился и вырос. И на второй год плаванья решил глава семейства добраться до моря на Катерине-первой. Прошел техосмотр и получил документы, что данное судно может ходить в море. И вот на подходе к Астрахани вспомнил наш бравый капитан, что документы благополучно оставлены дома. Возвращаться назад, конечно резону нет, и папа решил рискнуть, и нагло просочиться в море без документов. И можно сказать его коварный план почти удался. Опять на Волге справляли день моряка, и все посты, через которые «Туристу» надлежало пройти, видимо чересчур рьяно взялись отмечать любимый праздник. Катерина беспрепятственно вошла в астраханский заповедник и тихой сапой все ближе и ближе приближалась к долгожданному Каспию. И вот осталось миновать последний пост, как катер вдруг попал в небольшую воронку и встал на месте как вкопанный, натужно завывая дизелем. Настя, не изменив своим привычкам, опять перепугавшись, полезла в окно, чтобы первой сгинуть в пучине воронки. Мама, как всегда повинуясь материнскому инстинкту, снова держала своего неразумного ребенка за ноги. Тут из деревянной сторожки высыпали вполне трезвые мужики и приказали ненормальным людям на судне подойти к небольшому причалу поста. Отважный капитан не смог своим обаянием покорить охранников, и ему было приказано убраться из заповедника ко всем чертям. И чем быстрее, тем лучше. Весь оставшийся день и всю ночь без продыху стоял папа у штурвала, убираясь, куда ему было приказано, и печально вздыхая, вспоминал свой родной Каспий, который был от него на расстоянии вытянутой руки. И весь путь их сопровождал патрульный катер, следя, чтобы эти умалишенные камикадзе на «Туристе» действительно ушли, а не решили пробраться в море еще каким-нибудь путем.
- Мда-а-а. Я думаю хорошо, что нас тогда прогнали, - проговорил брат. - Нас вон в водохранилище чуть не перевернуло, а здесь волны вообще не прекращаются.
- Ну да. Если на входе катер забуксовал в небольшой воронке, то, что было бы в море. Там баржи огромные пропадают! Что о нас- то тогда говорить?
- А ты снова в окно полезла! - хмыкнул брат, лукаво покосившись на сестру.
- Я хотела, чтобы катеру легче было идти, - рассмеялась та. - Решила пожертвовать своей жизнью ради вас!
- Ой, рассказывай, давай!
- Спать пошли.
- Ну, пошли. Пора уже. Вы с Ваньком завтра высыпайтесь, а я похожу в окрестностях, еду поищу. Есть- то нечего у нас.
С утра Настю разбудил Ванин плач. Вскочив, та огляделась вокруг. Ромки уже не было, а мальчишка плакал во сне.
- Ваня, - стала она осторожно будить ребенка. - Т-с-с, просыпайся, просыпайся малыш.
Мальчишка, открыв глаза, обнял Настю за шею.
- Что с тобой? Болит где? - испуганно зашептала она.
- Нет, не болит, - уткнулся ей малыш куда- то в ухо.
- А что тогда?
- Мамы больше нет, - судорожно выдохнул Ваня. - Она умерла. И папа тоже. И баба с дедой.
- Откуда ты взял? - холодея сердцем, произнесла Настя.
- Она ко мне во сне приходила, попрощаться. Сказала, что они сейчас на небе. И чтобы я вас слушался. Вы мои ангелы - хранители.
- Да ты и так нас слушаешься, - Настя покрепче прижала к себе малыша.