— Ну-ну, — хмыкнул Бен, который теперь с нескрываемым интересом наблюдал за потугами покорить локальный Эверест. А потом направился следом, чтобы на ходу подхватить отчаянно сражавшуюся за каждый дюйм женщину, словно какой-то мешок с кукурузными хлопьями. И пока Джил пыталась сохранить достоинство, а заодно ударить посильнее, Рид стремительно вознес её на вершину и бережно поставил на землю. Асфальт под шпильками тревожно прогнулся.
— Варвар, — пискнула оскорбленная личность, затем излишне резко одернула на себе жакет и нервной рукой распустила без того развалившийся пучок. Рыжие кудри хлынули неконтролируемой волной на глаза, отчего-то Бен дернулся было помочь, но, зажав в зубах заколки, Джил отстранилась и наиграно сердито прошипела: — Не вздумай ещё хоть раз сделать что-то подобное, иначе мне придется вытаскивать тебя из дерьма обвинений в харассменте.
Рид замер, а затем неожиданно искусственно улыбнулся и всего одной фразой свёл на нет любое веселье.
— Как прикажешь, — ровно откликнулся он, развернулся и равнодушно зашагал в сторону маячившей вдалеке вывески. Опустив руки, Джиллиан растерянно моргнула и болезненно закусила нижнюю губу.
— Я бы никогда не стала приказывать… Не тебе, — тихо пробормотала она в стремительно удалявшуюся от неё спину, но Рид, разумеется, уже не слышал. Господи! Ну, что она опять сделала не так?
Наскоро заколов вновь задрожавшими руками волосы, Джил поспешила следом. От быстрой ходьбы и палящих лучей тут же стало нестерпимо жарко, и где-то на полпути Джиллиан обреченно стянула с себя жакет. Она почти физически чувствовала, как под майским солнцем всё ярче горят на лице веснушки, но скрыться от него было негде. В этот час улица была переполнена людьми и залита розовым светом. После рабочего дня все спешили насладиться долгожданным голубым небом и вычихать скопившийся в легких туман, а потому стекали разноцветным потоком из офисов. Прохожие торопливо стаскивали с себя куртки, ворчали на духоту, но с удовольствием подставляли лица косым закатным лучам.
Увы, но кафе с пончиками находилось прямо около станции «Рузвельт», откуда ежеминутно выплёвывались пассажиры метро. И чем ближе было это тревожное для Джил место, тем медленнее становился её шаг. Когда же очередной подошедший поезд исторг новую порцию людей, она окончательно остановилась и с нарастающей паникой взглянула на приближающуюся толпу. Ладони вспотели, стиснули уже измятую ткань жакета, а потом непроизвольно дёрнулись в поисках салфеток. Однако вместо того, чтобы схватить такую знакомую упаковку, они вцепились в широкую ладонь невесть как оказавшегося рядом Бена.
— Всё хорошо.
Бен произнёс это едва ли не по слогам, а потом уверенно загородил собой Джиллиан. А она, зажмурив глаза, подчинилась ненавязчиво подтолкнувшей руке, сделала пару шагов, но тут же споткнулась о бесконечные ноги Рида и влетела в предусмотрительно распахнутые двери кафе.
— Господи, не женщина, а катастрофа!
Бормотание Бена и его крепкая ладонь подействовали успокаивающе, так что Джил рискнула открыть глаза. Она ожидала увидеть вокруг себя потные лица и взмокшие спины, но в помещении оказалось на удивление пусто. Лишь несколько человек спокойно сидели за столиками и что-то читали в смартфонах, ещё трое меланхолично рассматривали выложенные на прилавки горячие пончики. Джиллиан осторожно втянула воздух и немедленно почувствовала, как от терпкого запаха какао томительно сводит желудок.
— Я думала, это пройдет, когда… — она запнулась и бросила на Бена испуганный взгляд.
Однако Рид был спокоен. Засунув руки в карманы брюк, он почти равнодушно посмотрел на неё в ответ. Почти. Было что-то в самой глубине его глаз, где застывшая медь радужки прерывалась чернотой зрачка. Какая-то непонятная, тщательно замаскированная эмоция, о которой Джиллиан не позволено было знать. Часто заморгав, она отвернулась и опять сказала вовсе не то, что хотелось бы.
— Ты так и не ответил, будешь ли пончики.
— Ну, раз настаиваешь… — Бен пожал плечами и рассеянно огляделся.
Разумеется, она ни на чем не настаивала; даже не просила. Но, видимо, пришел тот момент, когда Риду стало окончательно всё равно. На Джил, на пончики и даже на собственное время, которое он бездумно тратил на ту же Джиллиан. Бен отрабатывал чистую совесть и подобным извращённым способом выражал благодарность за спасённую шкуру. Блестяще, О’Конноли. Ты добилась чего хотела. Именно так выглядит человек, которому надоело гоняться за строптивой девчонкой, и он окончательно разочаровался.