Мой внутренний голос всегда подсказывал мне, что выход существует, но чтобы найти его, нужно двигаться вглубь. Именно об этом милый юный Стюарт скоро будет петь в одной из своих песен: «Оно реально: здесь и сейчас / Бессмертная суть обитает в нас / Когда мы проснёмся в ясном сне / Увидим свой путь, что внутри, а не вне». И они ещё удивляются, почему меня так интересует молодёжь.
Единственное, чему научила меня мама, когда я была маленькой, это тому, что бесполезно пытаться победить мужчин в их собственной игре. Женщины по-своему находят истину, говорила она. Поэтому я стала небом. Пусть мужчина будет слепящим солнцем, но ты можешь быть небом, в котором светит это солнце. Даже земля парит в бесконечном пространстве, в небесном чреве, в лоне всего сущего. В небе, в бескрайнем просторе космоса, в великом всеохватном пространстве, которым ты на самом деле являешься, части соединяются в целое.
Позже я узнала, что небо – это не мужчина и не женщина, не солнце и не земля, а огромное пространство, в котором всё это помещается. Но для того чтобы это узнать, мне пришлось умереть долгой и мучительной смертью. Хотите знать как?
Катиш повернулся к Каролине и сказал: «Даже если то, что говорит Ван Клиф, – правда, настоящие жертвы всё равно существуют! И мы не обязаны вестись на всю эту чушь».
Ван Клиф, как будто в ответ на его слова, поставил слайд № 3: «374 процента населения».
– За всем этим стали невидны настоящие трагедии, – начал он с казавшейся неподдельной озабоченностью в голосе. – Есть множество настоящих жертв рабства, нетерпимости по отношению к сексуальным меньшинствам, разбойных нападений, половой дискриминации и избиений, но из-за моды на жертву их законное негодование стало общим местом. И это настоящая трагедия.
Ван Клиф начал читать вырезки из разных газет.
– Задумайтесь, что творится с нашей культурой и судебной системой, если мужчина, во время «забега с холодильниками» тащивший на себе холодильник и повредивший спину, счёл нужным подать в суд на производителя холодильника за то, что тот не снабдил устройство предупреждением о возможном ущербе здоровью в результате подобных действий. Или вспомните случай, когда мужчина намеренно прыгнул под поезд метро и получил компенсацию в размере 650 тысяч долларов, потому что поезд не смог остановиться, не причинив ему вреда.
– Мужчина подал в суд на клинику снижения веса, потому что они вкладывали деньги в создание специальных программ только для женщин. На бейсбольную команду Сан-Франциско Джайнтс подали в суд за то, что они раздавали подарки ко Дню отца только мужчинам. Профессор психологии пожаловалась, что её унижает присутствие венка из омелы на рождественской вечеринке. Руководству Университета штата Пенсильвании пришлось снять со стены аудитории репродукцию картины Гойи «Маха обнажённая», так как одна из профессоров заявила, что присутствие этой картины является сексуальным домогательством.
– Сексуальное домогательство! Какая херня! – выкрикнул какой-то мужчина.
Ван Клиф кивнул, будто бы выражая согласие, и тут стало ясно, что по сравнению с остальными лекторами, он гораздо сильнее эмоционально переживает по поводу того, о чем рассказывает. Он повёл плечами, выпрямился и продолжил.
– Есть немного мест, где бедненькая гиперчувствительная самость может приклонить свою усталую головушку. «Суд Майями постановил выплатить пособие по временной нетрудоспособности в размере 40 тысяч долларов женщине, которая пожаловалась, что не может работать, когда её чернокожие коллеги находятся рядом, поскольку она очень их боится». Видите ли, некоторые люди так охрененно чувствительны, которые даже не могут воспринять расовую интеграцию! – выпалил Ван Клиф. На этот раз ему аплодировал весь зал.
– Дальше – больше, – мрачно объявил Ван Клиф и продолжил зачитывать заметки с вырезок.
– Два морских пехотинца заявили, что подверглись антиконституционной дискриминации, когда были уволены из морской пехоты за «хроническое ожирение». Почтовый служащий-левша обвинил Почтовую Службу США в том, что почтовые ящики «намеренно устанавливаются для удобства праворуких служащих» с целью дискриминировать людей с леворукостью. Двадцатичетырёхлетний мужчина из Колорадо подал в суд на своих родителей, обвинив их в «родительской халатности». На Гавайях семья отдыхающих выиграла суд у отеля, который из-за наплыва постояльцев разместил их в «помещении с менее приятными условиями» – им была выплачена не только разница стоимости номеров, но и компенсация за «эмоциональные страдания и разочарование». В Орландо мужчина подал в суд на парикмахера, сделавшего ему стрижку, которая, по словам пострадавшего, была настолько плоха, что вызвала у него паническую атаку. В своём иске неадекватно подстриженный истец заявил, что халатный парикмахер пытался лишить его «права наслаждаться жизнью».