— Есть информация из семнадцатого? — спросил он.
— Семнадцатого нет, — тем же ровным голосом выдал еще одну плохую новость сидящий рядом оператор.
Дональд прокашлялся.
— Как это — нет?
Он обвел взглядом лица и тревожно нахмуренные лбы. Эрен смотрел на Дональда, а оператор рядом поерзал в кресле. Чистильщик на экране перевалил за вершину холма и скрылся из виду.
— Что этот чистильщик сделал? — спросил он.
— Это был не ее бункер, — сказал Эрен.
— Семнадцатый отключили несколько смен назад, — добавил оператор.
— Да, верно.
Дональд взъерошил волосы. Его руки дрожали.
— Вы себя хорошо чувствуете? — спросил оператор.
Он взглянул на своего начальника, затем на Дональда. Он знал. Дональд чувствовал, что этот человек в оранжевом и с наушниками на шее знает — что-то не так.
— Голова все еще немного кружится, — пояснил Дональд.
— Его разбудили всего полчаса назад, — сказал оператору Эрен.
— Да-да, все в порядке. — Оператор откинулся на спинку. — Просто… он ведь все-таки Пастырь. Вот я и представил, как он будет грызть ногти и писать кипятком, когда проснется.
Кто-то за спиной Дональда хихикнул.
— Так что нам делать с этой чистильщицей? — раздался чей-то голос. — Нам нужно разрешение, чтобы послать кого-то за ней.
— Она не могла уйти далеко, — добавил кто-то.
— Восемнадцатый сообщает, что ее комбинезон был модифицирован, — заговорил связист справа от Дональда. Все это время он сидел, не снимая наушников, лишь сдвинул один с уха, чтобы слышать разговоры. Его лоб блестел от пота. — Невозможно предсказать, сколько он продержится. Вполне может быть, что она еще там и жива.
Все зашептались. Шепот напоминал звук, с каким ветер бросал песок в щиток шлема. Дональд смотрел на экран, на безжизненный холм — с той точки, с какой он виден из восемнадцатого. Пыль накатывала темными волнами. Он вспомнил, каково ему пришлось на этом ландшафте, как тяжело было ходить в таком комбинезоне и подниматься даже по пологому склону. Кто эта чистильщица и куда она направляется?
— Мне нужно досье на нее, и как можно быстрее, — приказал он. Все в комнате замерли и перестали шептаться. Голос Дональда звучал повелительно, потому что был негромким и потому что его принимали за другого человека. — И еще мне нужно все, что у нас есть по семнадцатому. — Он взглянул на оператора, чей лоб был нахмурен то ли из-за тревоги, то ли из-за подозрения. — Чтобы освежить память, — добавил Дональд.
Эрен опустил руку на спинку кресла Дональда.
— А как насчет протоколов? — осведомился он. — Следует ли нам запустить беспилотник или послать кого-нибудь за ней? Или отключить восемнадцатый? Там назревает бунт. Еще не было такого случая, чтобы кто-то не провел очистку.
Дональд покачал головой — та уже начала проясняться. Взглянул на свои руки и вспомнил, как срывал перчатку там, снаружи. Он должен был умереть. Хотел бы он знать, что бы сделал на его месте Турман, что бы приказал? Но он не Турман. Однажды ему кто-то сказал, что руководить должны такие люди, как он. А теперь он здесь главный.
— Пока ничего делать не будем, — решил он, закашлял и прочистил горло. — Далеко она не уйдет.
На него уставились с потрясением и одобрением, но через какое-то время несколько человек кивнули. Они предположили, что ему лучше знать. Его разбудили, чтобы управлять ситуацией. Все в соответствии с протоколом. Системе можно доверять — она была создана, чтобы работать. От каждого лишь требуется делать свое дело, а все остальное предоставить другим.
Его квартирка располагалась рядом с центральными офисами, и Дональд предположил, что это сделано специально. Это напомнило ему как-то виденный кабинет одного топ-менеджера с примыкающей спальней. То, что на первый взгляд смотрелось впечатляюще, становилось печальным, когда ты понимал, почему оно так.
Он постучал в открытую дверь с табличкой «Кабинет психологической помощи». Прежде он думал об этих людях как о психологах. И что они нужны здесь, чтобы все сохраняли здравость рассудка. Теперь он знал, что они возглавляют безумие. И табличку на двери он теперь воспринимал как «Руководитель». Начальник начальника начальников. В этот кабинет стекалась вся тяжелая и нудная работа. Дональду это напомнило, что в каждом бункере есть мэр — пожимать руки и изображать начальство. Точно так же в прежнем мире были президенты, которые приходили и уходили. А реальной властью обладали люди, остающиеся в тени — и бессрочно. И нет ничего удивительного, что и бункер управляется по такой же схеме — просто эти люди не знают других методов управления чем угодно.