Выбрать главу

Джимми повертел ручки и попытался отыскать любого из родителей, но, похоже, не все точки лестницы просматривались камерами. И он не мог догадаться, как вывести на экран несколько окон сразу. Он был достаточно умелым пользователем компьютера и собирался когда-нибудь работать в Ай-Ти, как отец, но коробочка пульта явно не была рассчитана на интуицию. Он вернул картинку на «34» и отыскал главный вестибюль. В дальнем конце длинного коридора он увидел блестящую стальную дверь. Ближе к выходу неподвижно лежал Яни — несомненно, мертвый. Люди, стоявшие возле его трупа, уже ушли, а возле выхода появилось еще одно тело. Цвет комбинезона на нем подсказал Джимми, что это не его отец. Наверное, отец и застрелил этого человека, когда пробивался на лестницу. Джимми опять пожалел, что его оставили здесь одного.

Красные лампы под потолком продолжали сердито мигать, изображение на экране оставалось неподвижным. Джимми стало тревожно, и он принялся ходить по комнате кругами. Затем подошел к деревянному столику у противоположной от компьютера стены и полистал толстую книгу. Одна лишь бумага в ней стоила целое состояние, идеально ровно обрезанная и поразительно гладкая на ощупь. Стол и стул были сделаны из настоящего дерева, а не выкрашены, чтобы имитировать древесину. Он понял это, когда поскреб стол ногтем.

Захлопнув книгу, он взглянул на обложку. На передней крышке блестящими буквами было вытиснено слово «Правила». Он снова поднял обложку и понял, что потерял прежнее открытое место. Радио продолжало громко шипеть. Повернувшись, он взглянул на экран компьютера, но в вестибюле ничего не происходило. Шипение начало действовать ему на нервы. Он задумался над тем, как уменьшить громкость, но по-прежнему опасался, что может случайно выключить радио. А если он что-то сглупит в настройках, отец не сможет с ним связаться.

Он походил по комнате еще какое-то время. В одном из углов располагался высокий — от пола до потолка — открытый шкаф с полками, заставленными металлическими контейнерами. Вытащив один из них, Джимми удивился, насколько тот тяжелый. Повозившись с защелкой, он догадался, как ее открыть. Крышка снялась с негромким вздохом, а внутри он обнаружил книгу. Взглянув на полки с контейнерами, Джимми понял, какую кучу читов все это стоит. Он вернул книгу на место, предположив, что в ней нет ничего, кроме множества скучных слов, как в предыдущей книге.

Подойдя к другому столу, он осмотрел стоящий под ним компьютер и увидел, что тот не включен и индикаторы на нем не светятся. Он проследил идущий от пульта провод и обнаружил другой, ведущий от монитора к компьютеру. Компьютером же, который показывал изображения с камер, управляло что-то другое. Сетевой выключатель на этом компьютере щелкнул, но тот не заработал. Джимми увидел гнездо для ключа, наклонившись, принялся изучать провода на задней стенке, проверяя, все ли подсоединено, и тут затрещало радио.

— …нужен твой доклад. Алло…

От неожиданности сидевший под столом Джимми ударился макушкой о крышку стола. Выбравшись из-под него, он подбежал к радио, из которого опять доносилось шипение. Схватив коробочку на конце растягивающегося шнура — отец назвал ее микрофон, — он нажал кнопку.

— Папа? Папа, это ты?

Он отпустил кнопку и взглянул на потолок. Джимми слушал, не раздадутся ли шаги и не перестанут ли мигать лампы. Монитор показывал пустой вестибюль. Может, надо пойти к двери и ждать?

Радио затрещало.

— Шериф? Кто говорит? — послышался чей-то голос.

Джимми надавил кнопку.

— Это Джимми. Джимми Паркер. Кто… — Кнопка выскользнула из-под пальца, шипение возобновилось. Его ладони стали мокрыми. Он вытер их о комбинезон и снова нажал кнопку. — Кто это?

— Сын Расса? — Пауза. — Сынок, ты где?

Он не хотел отвечать на этот вопрос. Радио продолжало шипеть.

— Джимми, это помощник шерифа Хайнс, — произнес голос. — Дай мне поговорить с отцом.

Джимми уже хотел нажать кнопку и ответить, что отца здесь нет, но тут в разговор вклинился другой голос, который он мгновенно узнал:

— Митч, это Расс.

Отец! Его голос прозвучал на фоне шума, кто-то вопил и кричал. Джимми стиснул микрофон ладонями.

— Папа! Пожалуйста, вернись!