Джимми сполз на пол, прижал рацию к животу и свернулся клубочком под гневные крики из-за двери. Его тело содрогалось от рыданий, решетка пола под щекой была жесткой. И под нестихающие вопли лампы на потолке продолжали равномерно мигать. И это мигание совсем не напоминало пульс.
Бункер № 1
2345 год
Когда Дональд вернулся в свою комнату, на кровати его ждал пластиковый мешок. Он закрыл дверь, отрезая какофонию шагов и офисной болтовни, поискал взглядом замок и обнаружил, что его нет. Здесь находилась лишь спаленка на одного человека, предназначенная для тех, кто всегда на посту и должен быть доступен столько, сколько потребуется.
Дональд представил, что именно тут обитал Турман, когда его будили для разруливания проблем. Потом вспомнил имя на своих ботинках и понял, что ничего представлять не надо — именно это сейчас и происходит.
Он увидел, что кресло-каталку уже увезли, а на столике возле кровати стоит стакан с водой. Дональд бросил на постель папки, которые ему дал Эрен, сел рядом и взял странный пластиковый мешок.
На нем крупными буквами было выведено одно слово: «Смена». Прозрачный пластик оказался сильно помят, а несколько предметов внутри сбилось в непонятный комок. Дональд сдвинул застежку и открыл мешок. Когда он его перевернул, оттуда, звякнув, вывалилось два металлических армейских медальона, за которыми испуганной змейкой потянулась металлическая цепочка. Осмотрев медальоны, Дональд понял, что они принадлежали Турману. Поцарапанные и тонкие, без резиновой окантовки, которую он видел на медальонах сестры, они смотрелись как антикварные безделушки. Пожалуй, как раз такими они и были.
Следующим стал небольшой карманный нож с рукояткой, отделанной материалом, выглядящим как слоновая кость, но, скорее всего, имитацией. Дональд открыл лезвие и проверил остроту. Обе кромки были одинаково тупыми. Кончик оказался отломан — наверное, им что-то пытались вскрыть. Нож производил впечатление вещицы, оставленной на память и уже непригодной для использования.
Оставался последний предмет из мешка — монета в четверть доллара. От формы и веса этого когда-то такого обычного предмета у него даже перехватило дыхание. Дональд подумал о целой исчезнувшей цивилизации. Казалось, такое невозможно просто взять и стереть, но потом он вспомнил монеты римлян и майя, оказавшиеся в музеях. Он вертел монету и размышлял, что единственное необычное сейчас то, что он сидит и держит вещицу из мира, обратившегося в прах, — и что именно он дивится этой утрате. Обычно людям полагается умирать, а культуре жить дальше. Теперь же все получилось наоборот.
Что-то в монете привлекло его внимание. Обе ее стороны были одинаковыми: «орел». Усмехнувшись, он присмотрелся внимательнее, гадая, не может ли эта монета быть шуткой или сувениром, но по весу и ощущениям она воспринималась как настоящая. На одной из сторон виднелась еле заметная дуга в том месте, где штамп не сделал полагающийся оттиск. Ошибка? Или эту монету подарил Турману приятель из казначейства?
Он положил все предметы на столик и вспомнил записку Анны отцу. Теперь его удивило, что он не обнаружил в мешке упомянутый в записке медальон. Записка была помечена как срочная, и в ней упоминался медальон с датой. Дональд сложил мешок и сунул его под стакан с водой. За дверью слышались торопливые шаги. В бункере царила паника. Наверное, если бы здесь был настоящий Турман, он бы тоже носился по коридорам, выкрикивая приказы, отключая бункеры и повелевая лишать кого-то жизни.
Дональд кашлянул в согнутую руку — в горле царапало. Кто-то поставил его на место Турмана. Эрскин или Виктор уже из могилы. Или какой-то хакер с более гнусными замыслами. Но никакой зацепки для ответа у Дональда не имелось.
Взяв папки, он подумал о панике, вызванной человеком, скрывшимся из виду. Подумал о насилии, зреющем в глубинах другого бункера. И о том, что это не его тайны. Ему же хотелось знать, зачем его разбудили и почему он вообще жив. Что реально находится за стенами бункеров? Что было запланировано для мира после окончания этих смен? Настанет ли день, когда людей из подземелий выпустят на свободу?
У него никак не получалось представить, как завершится последняя смена. Дональда глодало подозрение, что все не закончится настолько просто. Каждый покров, который ему удавалось сорвать, содержал свою порцию лжи, и вряд ли он уже добрался до последнего. Не исключено, что кто-то поставил его на место Турмана, чтобы он продолжал копать.