— Эй, — остановил его Кифер, — нас же трое.
Старшина просмотрел всю стопку.
— Ничего нет. Наверное, приказ на Кейта еще не подписан. Там готовят новую порцию.
Кифер разорвал свой конверт и пустился в пляс.
— Попал! Попал! Штаб, Тихий океан, клянусь богом!
Вилли поздравил его, хлопнув по спине. Но Кифер уже повернулся к Кеггсу.
— Эдди, что с тобой?
Кеггс привалился к стене, дрожа как осиновый лист. Его конверт лежал на столе.
— Что ты вытянул, Эдди? — озабоченно спросил Вилли.
— Не знаю. Я… я не могу его вскрыть, — он смотрел на конверт, как на гранату с выдернутой чекой.
Кифер хмыкнул.
— Хочешь, я вскрою его?
— Пожалуйста.
Южанин не заставил просить себя дважды.
— О боже, — пробормотал он. Кеггс упал на койку, лицом к стене, застонал.
— Что там? — прошептал Вилли.
— Явиться в Сан-Франциско для направления на ЭМТ-21 — корабль ВМС США «Моултон».
Кеггс сел.
— Корабль? Корабль? Не обезвреживание мин? Корабль?
— Корабль, — кивнул Кифер. — Но что такое ЭМТ?
— Какая разница. Корабль! — Кеггс вновь повалился на койку, на этот раз задрав руки и ноги, плача и смеясь одновременно.
Кифер снял с полки альбом «Корабли ВМС, 1942 г.».
— ЭМТ… ЭМТ… Клянусь богом, такого корабля нет… Погодите… Ага… ЭМТ, страница 63.
На нужной странице они увидели довольно странного вида трехтрубный корабль. Кифер прочитал вслух.
— ЭМТ — эсминец-минный тральщик. Эсминец, постройки первой мировой войны, приспособленный для скоростного траления мин.
— О Боже, — выдохнул Кеггс. — Мины. Мины. — Он рухнул на стул.
— Это гораздо лучше, чем обезвреживание мин, — успокоил его Кифер. — Траление — ерунда.
Вилли понимал, что это не так. Они не раз говорили о тралении и решили, что хорошего в этом мало. Он жалел Кеггса. К ним заглядывали соседи по этажу. Большинство курсантов получили то, что просили. Те, кто написал все честно, радовались, остальные — злились. Вилли расстроился, узнав, что в училище связистов попали все желающие, даже указавшие его в последней строчке. Он упустил свой шанс. Но его устраивал и «Штаб, Атлантический океан».
В проеме двери возник дежурный старшина.
— Вот ваш конверт, Кейт. Только что принесли.
В мгновение ока Вилли разорвал его, выхватил лист бумаги, глянул на третий абзац.
«Явиться в Сан-Франциско для направления на ЭМТ-22 — КОРАБЛЬ ВМС США „КАЙН“».
Часть II. «Кайн»
6. Письмо доктора Кейта
Энсин Кейт проследовал за коридорным в свою комнату в отеле «Марк Хопкинс» в Сан-Франциско и, войдя, остолбенел: пред ним предстал город в лучах заката. Под небом, на котором клубились облака — красные на западе, розовые и лиловые на востоке, — мерцали холмы. Над мостом Золотые Ворота ясно сияла вечерняя звезда. К востоку, над серыми арками Оклендского моста, протянулась, словно нить янтаря, гирлянда огней. Коридорный включил свет, открыл дверцу шкафа и оставил Вилли наедине с закатом и своим багажом. Новоиспеченный энсин остановился у окна, поглаживая свеженькие золотые нашивки: да неужели такое возможно — так далеко от Нью-Йорка, и эдакая красота!
«Ну, пора и распаковываться», — сказал он вечерней звезде и открыл саквояж из свиной кожи. Большая часть имущества хранилась в деревянном сундуке, который он оставил у администратора, а в саквояже было всего лишь несколько смен белья. Поверх белых рубашек лежали два сувенира последних нью-йоркских часов — грампластинка и письмо.
Вилли покрутил пластинку на пальце и пожалел, что не прихватил с собой портативный проигрыватель. Такой вечер — разве не превосходная декорация для моцартовской арии, для нежного голоса Мэй! Она записала эту арию специально для него в каком-то бродвейском ателье, в тот вечер они оба были изрядно воодушевлены шампанским. Вилли улыбнулся, вспомнив о восхитительных апрельских вечерах его десятидневного отпуска, вечерах, проведенных с Мэй.
Он потянулся к телефону, затем отдернул руку, сообразив, что в Бронксе уже почти полночь, все кондитерские закрыты и погружены во тьму. Кроме того, напомнил он себе, они расстались навсегда, он ведь не собирался жениться, а Мэй слишком хорошая девушка, чтобы держать ее в неопределенности. План у него был такой: сполна насладиться патетическим прощанием, затем удалиться, не писать и не отвечать на письма, позволив их отношениям мирно почить от бескормицы. Мэй он в свой план не посвящал. Первую часть он выполнил, теперь надлежало следовать второй.