Трое музыкантов собрались в конце автобуса и что-то активно обсуждали между собой, не обращая на нас снимания. Однако мне совсем не хотелось делать их свидетелями моей неприязни и выглядеть непрофессионально.
— Сделаю вид, что я этого не слышал, — хмыкнул Владислав.
— Я вообще не хочу тебе ничего говорить, — выдала я сдержанно. — Вернемся к нашему разговору тогда, когда у меня будет возможность кричать на тебя.
— Мы прибудем в отель примерно через шесть часов, — отозвался Владислав, глянув на часы.
— Отлично. Вот там и поговорим. А до того момента большая просьба оставить меня в покое. Я чертовски злая.
— У тебя был выбор, Ева. Я не виноват, что ты слушала непонятно каким местом, когда нас тебе представляли на встрече.
Я хмыкнула. Да, я вот тоже поражаюсь, каким же это местом я слушала. Ясно, каким!
Вскоре мы подобрали двух моих танцовщиц, и девушку имиджмейкера. В салоне автобуса сразу стало веселее, и я смогла отвлечься, избегая Владислава, но мы постоянно пересекались с ним взглядами.
Я сказала ему правду: мне нужно было выпустить свой пар, наорать на него со всей дури за его хитрый обман, а уж потом подумать, как вести себя дальше.
Владислав
Мы приехали во Владимир. Едва я оказался в небольшом номере отеля и скинул с плеч пиджак, как входная дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возникла настоящая бестия, которая полоснула меня острым взглядом своих серых глаз.
— Ладно, можешь начинать, — бросил я, а затем прошел и уселся в кресло.
Ева сделала несколько шагов вперед. Интересно было наблюдать за ней, когда она сняла маску дружелюбия, которую носила всю дорогу.
— Во-первых, ты меня обманул! — с возмущением воскликнула Ева. — Какого черта ты назвался Павлом?! Не зря я думала, что это имя тебе совсем не к лицу!
— Ничего себе! — улыбнулся я. — Выходит, ты даже примеряла имя к моему лицу.
— Знаешь, этот поступок очень плохо говорит о тебе. Я предпочитаю иметь дело с теми, кто не скрывает свою сущность.
— Ты тоже не сказала, что ты — публичная личность, — возразил я.
— Я пыталась. Ты просто не умеешь задавать правильные вопросы.
— А ты не умеешь слышать правильные ответы, — отпарировал я, снова вспоминая как в прошлый раз она посмотрела на меня, когда назвали имя Павла. Уже в тот момент я понял, что будет весело, и на протяжении всей встречи надеялся, что истинное положение дел не вскроется.
Она нахмурилась. Ей все же больше шло другое выражение лица, поэтому я решил сказать:
— Но у тебя очень красивый и сильный голос.
— Спасибо, — буркнула она, одарив меня прохладным взглядом.
— Ладно, Ева. Давай теперь отодвинем все шутки в сторону и начнем работать со всей серьезностью.
— Я не хочу ничего отодвигать в сторону, — насупилась она. — Ты мне как не нравился, так и не нравишься. Мне плевать, что ты какой-то там крутой музыкальный менеджер. Я не хочу, чтобы ты ходил тут с деловым видом и раздавал мне указы.
— Завтра у тебя концерт, а утром у тебя участие в радиоэфире. Нам нужно научиться работать в команде, если ты хочешь, чтобы тур прошел успешно. Я здесь не для того, чтобы раздавать указы, а чтобы помочь тебе, — строгим тоном произнес я.
— Вот и помогай, но только не вздумай контролировать каждый мой шаг. Уверена, что моя тетя уже дала тебе подобный инструктаж.
— Абсолютно верно, — улыбнулся я, не став отрицать очевидные для Евы вещи.
— И что сделаешь? Закроешь меня в комнате отеля? — она с вызовом посмотрела на меня, вздернув подбородок.
— Если понадобится, то закрою.
— Или снова привяжешь меня.
— Если понадобится, то привяжу, — отпарировал я.
Мое воображение нарисовало ее распростертое на кровати обнаженное тело. А это мне было совсем не нужно!
— Но предпочту иметь с тобой более деловые отношения, — сдержанно добавил я.
— Вот и отлично. Я тоже. С этого момента я хочу, чтобы ты называл меня Евой Владиславовной.